Пострадавший в аварии мужчина и его жена лежали на соседних койках в реанимации, оба стабильны, но пока не приходили в сознание. Проверив показания аппаратов, он вышел за дверь и остановился, разглядывая неподвижные фигуры сквозь стекло. Через несколько часов сюда приедет их сын; он был в другом городе в командировке, но сообщил по телефону медсестре, что направляется на вокзал. Благодаря Матвею и его коллегам его семья сегодня осталась целой. Все трое получили шанс – не на новую жизнь, а на то, чтобы исправить ошибки в старой.
Матвей не мог не подумать, что его семье повезло меньше. У отца случился инсульт прямо на рабочем месте, а через два дня у матери остановилось сердце. В тот момент список уже никогда не ставших бы реальностью «если» грозил свести его с ума, особенно потому, что большинство из них упиралось в его беспомощность и рассеянность – и как доктора, и как сына. Ему стоило больших усилий остановиться и взять себя в руки, и если бы не поддержка коллег, то, пожалуй, он бы не смог вернуться к хирургии.
Качнув головой, Матвей быстро перевел взгляд на соседа супругов по палате. Он получил удар ножом в живот в пьяной драке, и его близких до сих пор не смогли найти.
– Несчастный одиночка, – пробормотал Матвей себе под нос.
– Ненадолго, – ответил ему тихий голос.
Матвей обернулся, и по его спине пробежали мурашки. На металлической скамейке у стены сидела уже знакомая ему зеленоглазая шатенка. И снова он был готов поклясться, что минуту назад ее здесь не было. Сегодня платье на ней было черное, подчеркивающее бледность лишенного макияжа лица, а глаза смотрели ему в лицо так внимательно, словно пытались прочитать мысли. Матвея кольнуло странное чувство – словно он должен был вспомнить нечто очень важное, но, как ни старался, не получалось.
Он сглотнул, решив пока не упоминать о трагедии.
– Вы, – он махнул рукой в сторону палаты, – к нему?
Девушка помедлила, прежде чем ответить:
– Еще рано. Я пришла к вам, Матвей Иванович.
Стандартные слова о правилах посещения для родственников замерли на языке. Прежде чем Матвей осознал это, он уже сидел рядом. Вдалеке слышались голоса медсестер, но эта девушка была единственным, что сейчас имело значение.
– Почему вы сказали, что еще рано?
Уголки ее губ приподнялись в улыбке, и Матвей едва сдержал дрожь. Это было похоже на предчувствие. Странные, чуть ли не сверхъестественные ощущения, терзавшие его весь день, неожиданно вспыхнули, а затем начали отступать.
– Время для меня такой же секрет, как и для вас, – доверительно сообщила ему девушка. – Оно непредсказуемо. Впрочем, к вам оно, как правило, благоволит.
– Спасибо, – осторожно ответил он.
– В девяти случаях из десяти в вашем распоряжении целые секунды, – продолжала она, словно рассуждая сама с собой. – Их достаточно, чтобы спасти чью-то жизнь. Еще у вас есть минуты, чтобы спастись самому, например, избежать пожара в ресторане и неприятного разговора о болеутоляющих. Часы, чтобы…
Его руки сжали края скамейки до боли. Заметив это, девушка умолкла. Она не отводила от него глаз, и Матвею показалось, что он не просто сделал шаг; он провалился куда-то в бездну, разверзшуюся прямо посреди коридора реанимационного отделения.
– Вы… – прошептал он, не зная, что сказать дальше, и невольно отстранился.
– У меня есть к вам дело.
– Какое дело? Вас послали его друзья? – спросил Матвей, ненавидя себя за растущую внутри панику.
Она приподняла бровь:
– Вопреки распространенному мнению, меня никто ни к кому не посылает. Люди всегда все делают сами. Друзья человека, о котором вы говорите, прямо сейчас заливают горе в самолете на пути в Швейцарию и снимают об этом видео. Они не станут докучать вам.
– Тогда о чем речь?
Он еще раз пристально посмотрел на девушку, пытаясь угадать, не понадобятся ли
– Я хотела попросить вас сопровождать меня на одном крупном мероприятии. Сегодня вечером, – таинственно сказала она. – За вознаграждение, конечно.
Даже когда Матвей впервые в жизни столкнулся с коварным, незаметным на первый взгляд раком носоглотки, он не чувствовал себя настолько растерянным. Мысли в его голове сменяли одна другую, пока наконец не выстроились во вполне логичную, но пугающую последовательность.
– Вы ушли из ресторана до меня и исчезли так быстро. Откуда вам известно про «неприятный разговор»? – в приступе паники его голос дрогнул. – Вы с ним заодно? Кто-то другой хочет втянуть меня в эту темную историю?
– Для такого талантливого врача у вас мрачный взгляд на мир.
Матвей вскочил на ноги:
– Может, потому что вы ведете себя странно и говорите какими-то намеками.
– А мне показалось, вчера вам мои слова нравились, – парировала она, явно намекая на их обмен взглядами.
