Страх, скорбь и боль леденили души. Трагедия свершилась, линкора «Новороссийск» больше не существовало. На его месте нелепо плавали малюсенькие катерки, пытаясь подобрать уцелевших, все-таки выхваченных изнутри гигантскими, воскрешающими пузырями.
— ЧП, Никита Сергеевич! — звонил маршал Жуков. — В Севастопольской бухте линкор «Новороссийск» утонул. Много жертв.
— Как утонул? Как прямо в бухте?!
— Диверсия.
— Да как же так, товарищ министр?! — приблизив трубку ко рту, закричал Хрущев.
— Я докладывал о бездеятельности главкома флотами! Мои приказы там не работают.
— Виновных под суд! — прохрипел Хрущев.
Разговор был окончен.
— Соедините с Серовым! — велел Первый Секретарь.
— Знаешь? — спросил он председателя КГБ.
— Знаю.
— Сколько людей погибло?
— Около тысячи человек. Корабль подорвали.
— Ты по существу говори!
— Похоже, в Севастополе работала вражеская диверсионная группа. Действия КГБ там ограничены, безопасность города и места дислокации флота, отданы спецслужбам моряков. В Севастополе процветает праздность, разболтанность, офицеры пьянствуют, порядка мало. Курорт, одним словом.
— Слишком поздно ты про курорт заговорил. Не уберегли линкор!
— Адмирал Кузнецов никого не слушает, а на Черноморском флоте его любимчик Пархоменко сидит, по нему у меня целое неприглядное досье.
— Тащи досье сюда!
— КГБ не раз обращало внимание Генерального штаба на негативные явления во флоте, в особенности на Черноморском. И Генштаб адмирал Кузнецов игнорировал. В начале года из наших источников поступала информация о возможных диверсиях в Севастополе, мы проинформировали военных.
— Почему раньше не говорил о состоянии дел на флоте?
— Зная ваши особые отношения с товарищем Булганиным… — начал генерал.
— Что ты на Булганина киваешь! — возмутился Никита Сергеевич. — Что он мне, брат, сват?!
— Говорю, как есть, его дочь замужем за сыном Кузнецова.
— Не путай дело с личными отношениями!
— Булганин — председатель Совета министров! — отозвался Иван Александрович, — А Комитет государственной безопасности создан при Совете министров, — на слове «при» генерал армии сделал ударение.
— Ты зубы не заговаривай — «при», «на»! Булганину Кузнецов до сраки! — Хрущев тяжело дышал в трубку.
— Установлено, что заградительную сеть, защищающую бухту от подводного вторжения, поднимали нерегулярно, буксир, заводивший ограждение, долгое время стоял на ремонте. Два судна, в задачу которых входила радиолокационная защита, обнаружение подводных плавсредств противника, службу несли безответственно, капитаны что ни день ходили по гостям. Предположительно группа подводников, из бывшего подразделения «Децима МАС» 10-й флотилии штурмовых средств Италии, на малой подлодке, проникла в Севастопольскую бухту и заминировала линкор. Во время оккупации Крыма фашистами 10-я флотилия базировалась в Севастополе и Балаклаве.
— Кому сейчас служат итальянские подводники?
— Их начальник, князь Боргезе, работает на ЦРУ. После окончания войны князь и его подчиненные были замечены на Мальте, где в то время стоял линкор.
— Князья недобитые!
— Прежнее называние «Новороссийска» — «Джулио Чезаре» в честь Юлия Цезаря. Линкор был главным военным кораблем Италии. Думаю, именно эти причины легли в основу теракта. Диверсантам корабль был до мелочей понятен. Уже на Мальте было известно, что по репарации он отойдет СССР. Еще тогда могли задуматься о взрыве.
— Получается, итальянские водолазы к американцам пристроились?
— Или к американцам, или к англичанам. МИ-6 плотно связана с ЦРУ.
— Одна шайка-лейка! Видать, радуются сейчас.
— Линкор накануне вернулся из похода, где отрабатывались стрельбы из орудий 320-миллиметрового калибра. Новые снаряды главного калибра являлись носителями ядерного заряда. Об этом, думаю, было известно разведслужбам США и Англии.
— Ты так рассказываешь, будто сам с ними сидел!
— Работа.
— Работа! — прокричал Хрущев. — А линкор просрали!
— Разрешите направить в Крым бригаду Комитета государственной безопасности?
— Посылай. Мы и правительственную комиссию туда пошлем. В Крыму сейчас Ворошилов. Он должен завтра на праздновании 100-летия обороны Севастополя выступать, говорить о героизме русских воинов в Крымской войне 1855 года. А какой нынче праздник? На руках сотни гробов, а многие в пучине морской канули, в лабиринтах этого злосчастного крейсера! — Никита Сергеевич тяжело вздохнул. — Ничем, ребята, вам не помочь, вот ведь беда какая! Проспали мы, Ваня, врага!
— В основе всего, Никита Сергеевич, лежит человеческий фактор.
— Ты мне лекцию не читай! — вспылил Хрущев. — Кого на место Кузнецова?
— Горшкова Сергея Георгиевича можно. Во время войны он Азовской флотилией командовал, потом Дунайской. Был замом у командующего Новороссийским оборонительным районом. После капитуляции немцев от командира эскадры до командующего Черноморским Флотом дорос. Сейчас заместитель у Кузнецова. Думаю, и Георгий Константинович по кандидатуре Горшкова возражать не станет.
— И я Горшкова-моряка помню.
После разговора с Серовым Хрущев снова соединился с министром обороны.
