Царство и священство полностью

События должны иметь свою внутреннюю логику развития, а не стоять на месте, «пробуксовывая». Как только соблазняемый занимает «глухую оборону», лишь наступает «окопная война», как бесы начинают повторяться: сообразительность не входит в число их достоинств, зато они обладают настырной волей, упрямством, эгоизмом. Эти повторяющиеся картины – первое свидетельство бесовской лжи[1160].

Иллюзорность козней легко развеивается намоленным разумом. Боязнь смерти, например, преодолевается простым рассуждением о том, что жизнь дана нам Богом, и Он волен забрать ее в любой момент. И эта минута выбирается Богом максимально удобно для нашего спасения.

Страх потерять любимую вещь или иное имущество нужно бороть мыслью-напоминанием о том, что и это дано нам Богом. Мы – лишь пользователи тех благ, которыми так упиваемся и какие нас так радуют в жизни. Так Господь освобождает кающихся от власти страстей, и освобожденный христианин смеется над силой навязанных ему бесами образов[1161].

Всевозможные скорби борются знанием того, что Бог попускает бесам искушать нас, только если это ведет к добру. Если бы сатана не искушал нас, как-то говорил преподобный Паисий Святогорец (память 29 июня), мы бы все возомнили бы себя святыми. А нанося нам удары, бесы выбивают сор из нашей души, и она становится чище[1162]. Бессилие дьявола в конечном итоге проявляется в том, что, не желая того, он делает добро: отделяет овец от козлищ[1163].

Вспомним, как побивали бесы преподобного Антония Великого (память 17 января), и на его упрек «Где Ты был, милосердный Иисусе?» Христос ответил: «Я, Антоний, был здесь, но ждал, желая видеть твое мужество!»[1164] Иными словами, эти испытания, претерпеваемые преподобным Антонием Великим, были ему на пользу, закаляя его. Господь стоял рядом, укрепляя Своего избранника, после чего прославил его на весь мир.

Когда преподобный Сергий Радонежский (память 19 июля) дошел до такой степени духовного просвещения, что на борьбу с ним явился сам сатана с сонмищем бесов, тут же на помощь преподобному явилась Божественная сила, с Которой он был непобедим[1165].

С Божьей помощью преодолев все соблазны и страсти, они, как и тысячи тысяч других праведников, с кроткой радостью смело говорили: «Я – Божье творение, созданное во Христе Иисусе, чтобы совершать добрые дела» (Еф. 2: 10), «я – причастник Божьего естества» (2 Петр. 1: 3–4), «у меня есть власть над всякой вражьей духовной силой, и ничто мне не повредит» (Лк. 10: 17, 19), «я повинуюсь Богу, и диавол бежит от меня, потому что я противостою ему во имя Иисуса» (Иак. 4: 7).

Только тогда каждый из нас становится свободным, когда у человека «ум Христов» (1 Кор. 2: 16) и когда «я уже не живу, но живет во мне Христос» (2 Гал. 2: 20). И понятны становятся слова преподобного Иоанна Лествичника (память 14 апреля): «Нечестивый есть разумное и смертное создание, произвольно удаляющееся от жизни с Богом и о Творце своем присносущем помышляющее как о несуществующем. Законопреступник есть тот, кто Закон Божий содержит по своему злоумию и думает веру в Бога совместить с ересью. Христианин есть тот, кто, сколько возможно человеку, подражает Христу словами, делом и помышлениями»[1166].

«Как было бы хорошо и справедливо, если бы человеку всегда нравилось то, что благоугодно Богу от века»[1167].