Но у меня не оставалось выбора. У Клаудии был Клинок Разрушения, единственное оружие, способное снять проклятие, а также она скрывала тайну кинжала – как действовать им, чтобы не разрушить. Я тщательно воспроизвела в голове эту часть ее воспоминаний, отчаянно пытаясь найти какой-либо другой способ получить информацию и оставить подругу с миром, который она обрела.
Я почти не сомневалась, что подруга отдаст кинжал, если я попрошу, но чтобы я смогла использовать его должным образом, Клаудии придется все вспомнить. Я не знала, как часто можно очищать память. Если она вернет воспоминания о той ночи сейчас, она, возможно, никогда больше не избавится от них. В нашем царстве это было почти два десятилетия забвения, время, миновавшее ее. Но я не видела другой возможности спасти ее от этой боли. Ужасно требовать такое, и я бы с радостью заплатила эту цену сама.
– Святая Богиня. Должен же быть…
– Благословенные грешные.
Мои губы искривились. Дьявол действительно кроется в деталях, как любят говорить люди. Гнев, король даже самых мельчайших деталей, был бы рад узнать, что о нем наслышаны. Есть еще один человек, кто знает секрет клинка. И я совершенно не против выбить из нее немного информации.
Во всяком случае, мне не терпелось отомстить за мужа и подругу. Я осторожно спрятала камень памяти в корсаж и направилась в подземелье. Пришло время разморозить Серси и посмотреть, что интересного она расскажет о Клинке Разрушения.
Кровью и болью или по своей воле, но она расскажет мне, что я хочу знать.
Горящие полевые цветы парили над замерзшей статуей Серси, тепло моей магии согревало холодную комнату. Я сидела на табурете, принесенном стражником, и бесстрастно наблюдала, как лед тает и вода капает на каменный пол.
Размораживание оказалось утомительным процессом, который занял больше времени, чем я ожидала, но все нужно было сделать правильно, иначе, как сказал муж, она могла ожить «неправильно».
В обычной ситуации я бы не переживала из-за возможных болезненных последствий, но мне требовалось узнать от нее, как активировать клинок, и я не хотела рисковать всем ради мелкой мести. Если бы сестра увидела меня сейчас, она бы закатила глаза, но я надеялась, что наш Дом Греха будет решать такие вопросы после своего восстановления.
Гнев шагнул в маленькую подземную комнату и сжал губы при виде Серси. Его ненависть к ведьме была ощутима. Не будь она бессмертной и не желай он вернуть свои крылья, он бы давно убил ее. Температура упала на несколько градусов, что не пошло на пользу процессу разморозки.
– Как только она достаточно оттает, чтобы говорить, сколько у меня будет времени на допрос? – спросила я, успешно отвлекая Гнева от темноты, которая поднималась у него внутри. Температура вернулась к обычному холоду, который сковывал воздух так глубоко под землей.
– Сколько тебе потребуется. Как только закончишь расспрашивать, пошли за мной. Ее нельзя оставлять одну, пока она снова не замерзнет.
Я коротко улыбнулась мужу. Когда я сказала ему, что мне нужно, он немедленно согласился. Даже когда я попросила его не присутствовать и не задавать вопросов. Теперь я так же могла ощущать эмоции и не сомневалась, что он ни разу не почувствовал сомнения или неуверенности.
– Спасибо, что доверяешь мне.
– Постарайся не покалечить ее слишком сильно. – Он поцеловал меня в лоб и направился к двери.
Анир резко остановился у входа в подземелье и кивнул мне, а затем последовал за Гневом из комнаты. Их головы склонились в приглушенном разговоре. Другие Дома Греха все еще были в состоянии повышенной готовности после неудачной попытки атаковать Дом Жадности. Из-за постоянно поступающей корреспонденции, вмешательства со стороны эмиссаров и дебатов в военной комнате я не успела спросить Гнева, сколько времени осталось, чтобы снять проклятие. На самом деле мы провели вместе не более пары минут, когда я вернулась из Колодца Памяти. Передав ему свою просьбу, я незамедлительно бросилась сюда.
На случай, если с допросом Серси что-то пойдет не так, я не хотела обнадеживать его и рассказывать ему, что узнала. Но нам нужно было поговорить. Как можно скорее.
При условии, что эта упрямая ведьма оттает в этом столетии. Клянусь, она словно нарочно не торопилась, пытаясь уязвить при любом удобном случае. Мои пальцы стучали по предплечьям. Вода медленно стекала с толстой ледяной стены, окружавшей Серси. Кап. Кап. Кап.
