Царство Страха полностью

– А как же Изменчивые острова? – спросила она. – Технически они являются самостоятельным измерением.

Король, казалось, обдумывал ее слова. Она слышала, что он не любит острова, но ей требовалось подтверждение.

– Если хочешь, чтобы тебя сослали туда, в настоящий Ад, я не против.

– А ведь, – начала она скучающим тоном, – некоторые считают шесть-шесть-шесть знаком зверя. Если я избавлюсь от воспоминания об этом, каковы гарантии, что ты не нарушишь свое слово?

– Ты прекрасно знаешь, что это символизирует равновесие. Естественный порядок. Не притворяйся невеждой, Серси. Я чую твою ложь, и от нее воняет дерьмом. – Он позвал слугу, затем вытащил из кармана пиджака прозрачный гладкий кусок кварца. Серси изо всех сил старалась не выглядеть удивленной. Дьявол приготовился к битве. Мгновение спустя тот же самый слуга появился снова с контрактом и двумя перьями крови. Беспокойство провело пальцем по ее спине, когда король вручил ей камень. – Избавься от воспоминания, и мы подпишем клятву.

Воспоминание резко оборвалось, и меня отбросило обратно в здесь и сейчас. Моя одежда промокла насквозь, вода стала холодной. И все же меня поглотил внутренний огонь, в котором воздух замерцал от внезапного жара. Я взглянула на свою руку, на уничтоженный в ней кристалл. Воспоминание не остановилось, я раздавила его в кулаке.

Шесть лет, шесть месяцев и шесть дней. Гнев никогда не упоминал о времени, отмеренном для уничтожения проклятия. Но он хотел, чтобы я поклялась ему на крови на шесть месяцев. А потом Анир также упомянул, что у него осталось шесть месяцев, чтобы полностью восстановить свою силу. Затем, конечно, был ехидный комментарий Серси о том, что время в тронном зале движется быстро.

Я выругалась, используя каждое ругательство и фразу в своем запасе. Учитывая ликование Серси, у нас, вероятно, осталось не так много времени.

Я хотела броситься в замок и спросить, сколько времени нам осталось, но с этим придется подождать. Я все еще не нашла то, что искала. И сейчас, как никогда, мне нужно было узнать, где находится Клинок Разрушения, чтобы снять проклятие, пока не стало слишком поздно.

– Где Клинок Разрушения?

Я сосредоточилась на вопросе, подпитывая его яростью и магией, и снова сунула руку под воду. Я схватила пригоршню кристаллов, и каждый, который пытался засосать меня в кошмар, был раздавлен в порошок. У меня не было ни времени, ни терпения разбираться с чужими страхами. Я сама была страхом. И я была способна стать кошмаром. Колодец Памяти завибрировал, как будто дрожал от всплеска моих чистых эмоций.

– Покажи мне, кто в последний раз видел Клинок Разрушения. Сейчас же.

Мои пальцы сомкнулись на грубом кристалле, потекла кровь. Шипение боли сорвалось с моих губ прямо перед тем, как меня затянуло в следующее воспоминание.

Когда сцена встала на свои места, я чуть не подавилась от удивления. Казалось, секреты, которые хранили люди в моей жизни, не были полностью раскрыты.

До сих пор.

– Демоны не способны любить. Я тебе это сто раз повторяла.

Высокомерный тон матери раздражал Лючию. Мать годами планировала положить конец отношениям Лючии и не скрывала, что ее тревожили недавние события. Лючии хотелось свернуться калачиком и плакать, но она отказалась доказывать ее правоту.

Мать говорила, что принц Гордыни – худший повеса из семи принцев Ада. Что он влюблялся снова и снова, всегда оставляя за собой разбитые сердца. И вскоре он точно так же потеряет интерес к ней, бессмертной ведьме, с которой ему не стоило и связываться. И она была не простой ведьмой, как часто напоминала ей мать, а старшей дочерью Первой Ведьмы, всесильной Серси, рожденной от богини солнца.

В течение многих лет мать упрекала Лючию, говорила, что ей следует подавать пример остальным, чтобы не прослыть дурой перед другими ведьмами, которые обращались к ней за инструкциями, как вести себя среди обитателей Семи Кругов. Роман – и, что еще хуже, брак – с демоном сложно было назвать хорошим примером. Особенно со столь печально известным демоном, как Гордыня.