Царство страха полностью

Вот так-то. Выстрел. В ночи раздался выстрел. Еще один заголовок американской криминальной хроники ... Да. В по­меченном соответствующим образом дубовом ящичке, что лежал на переднем сидении, на полпути между мной и Судь­ей, лежал мой заряженный револьвер «Магнум» 454-го ка­либра. Он мог за считанную долю секунды выхватить его и разнести мне голову на куски.

-      Отличная работа, Командир, - внезапно проговорил он, - Я тебе за это по гроб жизни благодарен буду. Я бы дубу дал, если бы ты тут мимо не проехал.

Он хихикнул.

-     Это уж точно, Командир , точнее не бывает. Меня жда­ла ужасная смерть, похуже, чем у тех проклятых глупых овец!

-     Матерь божья, - подумал я. - Приготовься резко затор­мозить. Этот человек - судья в бегах, с ним две прошмандовки. У него нет другого выбора, кроме как убить меня и этих двух ба­бочек с заднего сиденья. Мы - единственные свидетели...

От безрадостной перспективы меня замутило... Плевать на все, размышлял я дальше. Из-за этих людей я загремлю в тюрягу. Лучше все-таки остановиться сейчас у края дороги и грохнуть всех троих. Трах, Трах. Трах. Покончить с отребьем.

-     Сколько остается до города? - поинтересовался судья.

Я подпрыгнул на сидении, машина снова накренилась в сторону.

-     До города? - спросил я. - До какого города?

Мои руки сохраняли неподвижность, но голос звучал странно и подрагивал.

Он шлепнул меня по коленке и рассмеялся.

-     Да не волнуйся так, Командир, у меня все под контролем. Мы уже почти приехали.

Он показал пальцем куда-то в дождь, и я разглядел тусклые огни того, что должно было быть Элко.

-     О'кей, - гаркнул Судья, - Поверни влево, а потом езжай прямо.

Он опять показал мне, куда ехать. Я перешел на вторую передачу. Приблизительно в восьмистах метрах от нас виднелась красно-голубая вывеска, которую из-за грозы почти не было видно. Сквозь пелену дождя виднелось только три слова: «НЕТ» и «СВОБОДНЫХ МЕСТ».

-      Помедленней! - заорал Судья. - Нам сюда. Сворачивай! Сворачивай, бля!

Его голос напоминал звук ударов кнутом. Тон не терпел возражений, так что я повиновался, еле вписавшись в поворот. Все четыре колеса оказались заблокированы, двигатель дико ревел, а из выхлопной трубы показались голубые языки пламени... Один из тех прекрасных моментов езды на автомобиле, в которые все становятся тихими и спокойными. «Где сейчас только Пи Джей? - подумал я. - Он бы сейчас зарыдал от счастья».

Мы стремительно скользили в сторону, полностью потеряв контроль над машиной, мы мчались со скоростью 120 км/ч прямо на белый стальной шлагбаум, в грозу, на пустынной дороге, посреди ночи. Ну, подумаешь. Иногда ночью Судьба вдруг хватает тебя, как цыпленка, и хуячит об стену, пока твое тело не начинает напоминать боксерскую грушу. БУМ! КРОВЬ! СМЕРТЬ! Вот, парень, и не говори теперь, что не знал, что так все и Кончится...

Машин временно обрела устойчивость, и мы покатились вниз по серпантину. Судья казался странно спокойным, указывая на здание.

-     Вот это, - проговорил он, - это - мой дом. У меня здесь несколько апартаментов. - Он энергично кивнул. - Все, мы, наконец, в безопасности, Командир. Можем здесь делать все, что заблагорассудится.

На вывеске, что висела на воротах, значилось:

ЭНДИКОТТ'С МОТЕЛЬ

РОСКОШНЫЕ АПАРТАМЕНТЫ И ПОСТЕЛИ НА ВОДЕ

ТОЛЬКО ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ

ЖИВОТНЫМ ВХОД ЗАПРЕЩЕН.

Слава Богу, подумал я. Все это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Неужели я и вправду отделаюсь от этих ублюдков? Пусть сейчас они притихли, ясно же - это ненадолго. И я знал, что я не сумею справиться с двумя женщинами, а они вот-вот проснутся.

«Эндикотт» состоял из цепочки выглядящих дешево бунгало, размещавшихся в форме подковы вокруг выложенной гравием дорожки. Перед большей частью домиков стояли припаркованные машины, но стоянки перед ярко освещенными домиками с противоположной стороны подковы пустовали.

-      О'кей, - сказал Судья. - Мы оставим наших дорогих женщин в моих апартаментах, а потом мы тебя здесь впишем. - Он кивнул. - Нам обоим нужно поспать, Командир, или хотя бы отдохнуть, если ты понимаешь, что я имею в виду. Черт подери, какая длинная ночь.

Я засмеялся, но мой смех больше напоминал мычание мертвеца. Прилив адреналина после столкновения с овечками прекратился, я медленно погружался в Истерию Усталости.

«Администрация» «Эндикотта» представляла из себя темную хижину, расположенную в середине подковы. Мы припарковались перед ней, и Судья начал громко стучать в деревянную входную дверь, поначалу безуспешно...

-     Просыпайтесь, черт побери! Это - я, Судья! Открывайте! Тут речь идет о Жизни и Смерти! Мне нужна помощь!

Он отступил назад и с такой силой ударил в дверь ногой, что задрожали стекла, а само здание затряслось.

-     Я знаю, что вы здесь, - кричал он. - Вам не спрятаться. Я буду тут колотить, пока гребаный дом не осыплется!