Царство Тени (ЛП) полностью

Кейл почувствовал позыв к рвоте и сглотнул желчь. Гелугоны восхищённо затрещали.

В центре кровавой груды, скользкие от крови, лежали полупрозрачные останки души Магадона. Душа не двигалась.

-Что ты сделал? - спросил Кейл, шагнув вперёд. Тени вокруг него встрепенулись, лёд затрещал.

Мефистофель искоса посмотрел на Кейла, и вдохнул в душу Магадона немного силы. Тонкий силуэт вздрогнул, напрягся, перевернулся, открыл глаза. Когда он увидел архидьявола, его лицо исказилось от ужаса и отчаяния.

Кейлу больно было видеть страдания друга. Он подумал, что Магадона можно починить, но сделать целым — уже нельзя. У него навсегда останутся трещины и шрамы

-Но он не сломан, - сказал Кейл и улыбнулся.

Мефистофель взял душу за горло, высоко поднял её и посмотрел на Кейла, угрожая. Душа извивалась и корчилась, отчаянно тянулась к Эревису.

Сила Кейла позволила ему впервые увидеть энергию человеческой души, силу, которая превосходила пустые заботы людей, богов и миров. Эта красота, этот свет, вызвали у него слёзы.

-Он будет свободен, когда я получу своё.

Кейл покачал головой, позволил силе потечь из своего тела.

-Нет. Сначала освободи его.

Гелугоны шагнули ближе, но Кейл не отрывал глаз от Мефистофеля. Душа Магадона извивалась в руке архидьявола, раскрывала рот в безмолвной мольбе.

Взгляд дьявола полыхнул. Энергия плясала на острие его алебарды.

-Одновременно.

Кейл обдумал предложение, кивнул. Другого способа не было.

-Когда я отпущу душу полукровки, останется мгновение, когда я ещё смогу снова схватить её, - предупредил дьявол. - Если ты передумаешь, я заберу её обратно и уничтожу полностью. Сожру у тебя на глазах. А потом я найду оставшуюся часть сына и заставлю его страдать.

Кейл не шевельнулся.

-Попробуешь забрать плату, не освободив его, у меня останется мгновение до того, как всё кончится. Я сражусь с тобой.

-Ты проиграешь.

-Возможно, - признал Кейл, - но ты и весь этот план ещё долго будет страдать после этой битвы. Твои враги узнают об этом и придут за тобой.

Мефистофель улыбнулся, услышав этот аргумент, хотя не стал показывать клыки, и в этой усмешке не было ничего, кроме злобы.

-Когда я получу, что желаю, сын перестанет быть для меня важным.

Кейл поверил ему.

-Тогда давай закроем эту сделку.

-Закроем.

Архидьявол поднял руку, и гелугоны пропали, телепортировавшись прочь.

Кейл обхватил себя руками и позволил силе внутри себя уснуть. Тени отступили. Кейл стоял перед дьяволом, одинокий, уязвимый.

-Сделай это, - сказал он.

Ривен заставил сердце биться ровно, перехватил поудобнее клинки и позволил полученной им силе проявиться в полном объёме. Тьма заполнила маленькое помещение, холодная и беспощадная, как намерения убийцы. Он стоял в самом центре мрака, качаясь на носочках, руки тисками сжимали рукояти сабель. Он не мог замедлить стук своего сердца, не мог остановить облака тени, толчками вырывающиеся из его тела.

Мефистофель отпустил душу Магадона, и она немедленно начала рассыпаться на сияющие серебрянные огоньки. Архидьявол стремительно развернулся к Кейлу и занёс своё оружие для решающего удара.

Тени текли с кожи Ривена, с его сабель, свивались в узлы вокруг него. Он слышал разговор между Кейлом и архидьяволом, почувствовал, как Мефистофель отпустил душу Магадона, понял, что дьявол поднял своё оружие, чтобы взять с Кейла плату.

Ривен отпустил заклинание остановки времени и потянулся к разуму Магадона.

Магадон? мысленно позвал он.

Ривен? отозвался Магадон сонным голосом только что проснувшегося человека. Ривен, что я наделал?

Ривен услышал в его голосе благодарность, стыд, и больше всего — скорбь.

Он понимал эти чувства.

Останови падение Саккорса и убирайся оттуда. Такой уговор.

Что за уговор? О чём ты? Где Эревис?

Сделай это, Магз. И убирайся от Источника.

Кейл стоял перед Мефистофелем. Его глаза были открыты, вокруг клубились тени. Он видел голод в глазах изверга, знал, что из-за этого голода Мефистофель слеп для всего остального.

Эревис, как душа Магадона, тоже разделился, наблюдая за происходящим со стороны. Он чувствовал лёгкость, свободу. Впервые за долгое время он подумал, что сделал что-то из-за любви. Впервые после смерти Джака он почувствовал себя героем, которым обещал стать.

Он ощутил зуд под черепом, позади глаз — Магадон.

Эревис, не надо!

Я должен, Магз. Знай, что ты спас меня. Ты и Джак.

Мысленный голос Магадона будто кулаком ударил Ривена.

Ривен, не позволяй ему сделать это! Ривен! Не позволяй!

Но было уже поздно.

Свирепое оружие Мефистофеля очертило смертоносную дугу. Кейл ничего не почувствовал, когда первый удар разорвал его плоть. Вместо этого он ощутил знакомый, уютный запах табака, табака Джака.

Он упал на лёд, упал в своё прошлое, и понял, что ошибался.

Он был не только мраком. В нём всё-таки был свет.

-Кейл, - произнёс голос.

-Джак?