Гудят ночные небеса: злодей злословит и змеится.Не спит прекрасная девица, боится…Скоро три часа……Но утром! погляди с балкона: велик, прекрасен и нелепУже парит на небе Феб, ловец унылого Пифона;Звенит весёлою стрелой — змея летит на дно колодца —А бог кивает головой и заразительно смеётся.<p><emphasis>Пчёлы</emphasis></p>Лети, не упусти губительный нектар —Горящий мёд в гудящих горних цветоложах,Мы будем веселы, мы станем звонкокожи,Пускай пожарищем закончится пожар,Пускай опять бубнит бессмысленный креол:“Есть Книга Слов — и на двенадцатой страницеСтальные лепестки небесной медуницыРазят безумных пчёл!”<p><emphasis>Прохожий (О.Р.)</emphasis></p>Я последний осенний прохожий, а тутТолько жёлтые листья по лужам плывут.Эти лужи — без дна, этот город — китай,Ты последние сводки ночные читай —Им положено быть где-то в области сердца.Не разгадывай ночь — не читая, уйду.Утром листья-галеры замёрзнут во льду,И гребцы на галерах, конечно, умрут —Так всегда умирают рабы поутру,Если некуда плыть, если некуда деться.<p><emphasis>Сад</emphasis></p>Засыпает летний сад, только ангелы не спят.Страшны, страшны, где трава арамейские слова.Точат пилы, топоры, погодите до порыТоропливые цветы. Берегись. Не спи и ты.<p>* * *</p>Придумали, что ручкой на листах бумажныхмы будем что-то в домике за городом писать.У озера такая благодать, и многое неважно.Здесь поутру рыбак из просветлённыхшвыряет в озеро зеркальные шары,готовит сладкий вар для сумеречных рыби жарко дышит на личинок пленных —железом ранит их и тоже вдаль бросает.Они висят — ни живы, ни мертвысреди утопленной травы.Вот здесь мы поселились где-то в мае,но нас теперь уж нет, мы не того хотели —гляди: на дне деревья, а на небе дым,и шевелятся клейстером живымненазванные рукописи в съеденном портфеле.<p>* * *</p>Дом пропал, закончен карнавал, дымно, разноцветный воздух вышел.Мумии чужие сушатся на крыше — ране ангел летний ночевал.Ах, зачем терпеть неблагодать — мы бы этот дом давно продали,Да у нас Орфей сидит в подвале и никак не хочет вылезать.<p>* * *</p>ах какой у нас был фикус в так называемой кадкеа теперь он сука прячется от всех в лесопосадкенасовсем поселился за совиным деревомно ведь мы ему точно ничего не сделалипочти не донимали разговорами о стихотворенияхбелых чёрных разноцветных и сиреневыхпрактически не заставляли никем восхищатьсяну за что же он так с нами (братцы)<p>* * *</p>
