Цель номер один полностью

А дело в том, что гражданство и права человека несовместимы! Это странное на первый взгляд положение на самом деле вполне естественно: «права человека» – это права подданного Британской империи. И вот этот британский аршин стараются распространить на все человечество.

Человек свободен, если он борется за свои права. А если за его права активно борются какие-то дяди-тети, то он раб.

Русский мыслитель Николай Федоров в свое время сделал замечательное наблюдение. «Для Западной Европы непонятно, почему иго Англии так тяжело, так невыносимо для Индии, как не было ни одно из предшествовавших; хотя Англия наделила Индию свободою прессы, почти конституционными учреждениями, в которых Европа видит верх возможного для человека совершенства и неприятие коих индусами никак уже не отнесет к ограниченности самих учреждений, а скорее к неспособности племени и к недостаточности его развития для принятия этих форм жизни, в которых нашли свое выражение идеалы европейцев, не имеющих ни малейшего сомнения в их всемирности, общечеловечности. Но уничтожив общину, а с ней и орошение, англичане сделались истинными виновниками голода и эпидемий в Индии».

Комментарии, наверное, излишни. Человек свободен тогда, когда он живет в своем доме, своем обществе. Вспомним слова Протасова из «Живого трупа» Л. Толстого: «Это не свобода… Это воля!» Не свободной, а вольной жизни идеал был дан в проекте Советской власти. Независимая страна с таким общественнным устройством, в котором гражданину вольно дышится, – вот идеал советской жизни.

Отсюда видно, что направление выхода из тупика одно: установление (в противовес «гражданскому обществу») общества граждан, где не будет места правам человека, но будут максимально обеспечены права гражданина. В новом обществе будет, конечно, и новая Конституция; уверен – чем ближе она будет к Конституции СССР 1924 года, чем скорее будет восстановлен прерванный в 30-е годы ход общественного развития, тем более прочным будет фундамент российского общества в XXI веке.

Но кто же будет устраивать новое российское государство и вырабатывать новую Конституцию? Кто эти наши «лучшие люди», как называли в старину народных представителей и правящую элиту? Это очень сложный вопрос, потому что здесь важен религиозный его аспект (отнюдь не сводящийся только к воцерковленности). Рассмотрим его в следующей главе.

Одна из самых модных тем в СМИ наших дней – необходимость смены элит. Прокремлевское молодежное движение «Наши» выработало очень верный девиз – сменить «поколение пораженцев!». Телевизионный журналист Михаил Леонтьев призывал: «Старую элиту [которая существовала последние 20 лет] – на помойку!»[29]. Но что это за старая элита, чем она не устраивает страну, какой должна быть элита новая и, главное, откуда она вдруг возьмется, – разброс мнений об этом весьма широк. Попробуем разобраться в этом запутанном вопросе.

Человеческое общество так устроено, что реально управляет в нем всегда некое меньшинство, которое именуется элитой. Слово это, в переводе с французского, означает «лучшее, отборное». Поэтому в строгом смысле слова элитой общества нужно было бы называть тех, кого почитают за идеальных людей.

Всем нам хочется, чтобы элита представляла собой собрание лучших людей. Еще Сократ в Древней Греции учил: «управлять могут только те люди, которые думают о благе всего полиса, а не о своем личном благе». В наши дни легендарный «творец сингапурского чуда», превративший эту крохотную бывшую колонию в одно из самых развитых и благополучных государств мира, Ли Куан Ю говорит: «Великие лидеры жертвуют собой ради своей страны и никогда не пользуются своим положением ради собственной выгоды». Но не всегда так бывает в действительности.