Но то, что происходит в сельском хозяйстве, – это не самый тяжелый случай, бывали ситуации и похуже. Когда генерал пограничной службы Гамов попытался навести порядок в рыболовстве на Дальнем Востоке, бандиты его убили (как и губернатора Магаданской области Цветкова, который был застрелен средь бела дня в центре Москвы). Инспектору рыбоохраны или лесного хозяйства, повседневно сталкивающемуся с бандой вооруженных хищников, чаще всего разумнее бывает не замечать нарушений законодательства, а «пойти на компромисс» с ними. Убили мэра Нефтеюганска Петухова, который попытался положить конец беспределу, творившемуся руководством компании ЮКОС (с ведома главных ее хозяев Ходорковского и Невзлина). А сколько перестреляли киллеры за эти лихие годы предпринимателей, не пожелавших делиться собственностью и доходами, теперь уже и не счесть. При этом важно отметить, что после некоторого затишья на этом фронте в последнее время снова поднялась волна заказных убийств. Убивают и бескомпромиссных высокопоставленных чиновников, таких, как заместитель главы Центробанка Козлова. Во многих регионах и в различных сферах экономики окончательно разрешает хозяйственные споры не суд, а киллер. На всю страну прогремела история с убийством в кубанской станице Кущевской сразу нескольких человек бандой, глава которой был и депутатом местного законодательного органа, и крепким хозяйственником. Банда этого Цапка много лет держала в страхе всю станицу, причем власть и правоохранительные органы закрывали глаза на его преступные деяния. Фактически власть там – криминал. А власть номинальная, государственная, этой реальности как бы вовсе не и замечает. Можно ли дальше мириться с таким положением?
Всемогущество мафий – это сегодня угроза уже не просто национальной безопасности, а самому существованию государства. «Россия или мафия: кто – кого?» – вот как стоит вопрос. Что же делать государству для собственного спасения?
Всем известно, чего добился Повар из известной басни Крылова, журивший кота Ваську, который стащил курицу и поедал ее. Не подействовало на Кота даже то, что «теперя все соседи скажут: Кот-Васька плут, Кот-Васька вор!» Он все-таки все жаркое съел. Данные современной психологии позволяют утверждать: столь же мало надежды на то, что казнокрад и взяточник устыдятся и перестанут воровать.
Ведь он ворует не для того, чтобы не умереть с голоду. Он хочет разбогатеть. А богатый чувствует себя таковым (а, следовательно, избранным, лучшим) не тогда, когда станет обладателем определенной суммы, а когда он много богаче окружающих.
Журналист Вадим Речкалов считает зависть к богатым постоянной чертой русской жизни и в связи с этим рисует особый российский путь к капитализму, по крайней мере, в бытовом отношении:
