Цель номер один полностью

Смертная казнь в Стране Светлого Будущего, разумеется, существует и более того – активно применяется (в чем граждане страны видят неоспоримое преимущество перед впавшими в маркобесие некоторыми своими соседями, где она, часто вопреки протестам населения, отменена). Ее применяют к лицам, с очевидностью потерявшим человеческий облик типа подонков, способных убить за копейки. В случае резонансных преступлений исполнение приговора производится публично: оповещенный народ собирается в указанном месте (обычно это центральная площадь), где под барабанный бой осужденного прикрепляют к расстрельной стенке, а специальное отделение производит залп. Часто такие экзекуции в назидание одним и облегчение другим транслируются по ТВ – местному или центральному.

Впрочем, и оглашение приговоров по резонансным делам, по которым не вынесены смертные приговоры, иногда производится перед стечением граждан – по территориальному или производственному признаку. Созываются либо граждане данного населенного пункта, либо работники предприятия (учреждения), где трудился осужденный, и перед «всем миром» зачитывается приговор и оглашаются меры в области лишения прав состояния (высылка, поражение в правах и пр., заключение в лагерь) осужденного.

Есть в Стране Светлого Будущего и пожизненное заключение, которое, правда, называется бессрочным. Оно никак не связано со смертной казнью и не является ее альтернативой. Применяется оно к неисправимым рецидивистам, с которыми общество устало возиться. Таких отправляют на специальные изолированные зоны (расположенные, как правило, на островах, вокруг которых патрулируют вооруженные катера), в которых они и живут по собственному распорядку; власть в их жизнь не вмешивается.

Предварительно до них под расписку доводится, что появление вне отведенной территории карается расстрелом на месте.

Поскольку многие из рецидивистов являются людьми с незаурядными способностями, то с такими зонами (как в советские времена с обогатительными заводами, известными в просторечии как «урановые рудники») устанавливаются производственные отношения на добровольной основе: им спускается заказ, поставляется оборудование, а назад государство получает продукцию; при усердной работе над заказом спецзона довольно неплохо снабжается продуктами, одеждой и пр. предметами потребления, так что отказываться от предложения спецконтингенту зоны совершенно невыгодно; наоборот, при ударной работе снабжение улучшается, а некоторые из старожилов зоны представляются к освобождению.

В целом такой подход к правонарушениям в Стране Светлого Будущего не только повышает гражданскую сознательность населения, но и сделал возможным, что тюрьмы и зоны перестали быть «начальной школой будущих воров», и даже случайное попадание под суд и осуждение еще не ломает человеку жизнь и не воспитывает в нем преступника.

Надо сказать еще о двух проблемных для юриспруденции моментах. Один из них – с детской преступностью – в Стране Светлого Будущего блистательно разрешен. Не в том смысле, что ее нет, а в том, что юриспруденция Страны Будущего не знает никаких возрастных цензов для наказания, зато знает понятие невменяемости по возрасту. Тем самым она в этом вопросе далеко опередила юридические системы других стран, став образцом для них. Данное понятие означает, что вообще-то совершившего преступление ребенка судят, как взрослого, но при этом исследуют вопрос о его возрастной вменяемости. Если речь идет о детской шалости с тяжелыми последствиями или о неадекватном представлении последствий, дело может ограничиться моральным порицанием в виде оглашения судебного решения в детском коллективе. Если же судьи видят, что перед ними хоть и малолетний, но уже сформировавшийся преступник, они могут без скидок на возраст начать процесс его отфильтровывания от обычных детей, а в исключительных случаях – и вынести смертный приговор.

Сложнее обстоит дело с умалишенными преступниками. Поскольку пресловутое «принудительное лечение» во многих случаях представляет лишь красивую фразу, суды основное внимание обращают на будущую изоляцию признанных больными. Вместо принудительного лечения осужденных отправляют под принудительный присмотр. Их размещают в специальных поселениях, где они в периоды просветления по мере способностей трудятся, а в периоды обострения переводятся в местную больницу. Для особо опасных больных-преступников такие поселки имеют строгую изоляцию и особую охрану. К умалишенным обычно относят и серийных маньяков как лиц, повредившихся умом на каких-то видах преступлений. С ними, впрочем, как ни странно, бывает проще: поскольку, как правило, их на преступления подвигает комплекс оборотничества, то их просто постоянно держат под наблюдением с помощью специальных браслетов. Путем таких мер власти надеются решить как проблему существования больных граждан, так и спокойствие здоровых.

Законы