1 мая 1957 года в Москве был ясный ветреный день. Парад на Красной площади шел своим чередом, по установившейся программе.
Я стоял на трибуне около Мавзолея и вместе со всеми приглашенными любовался прекрасной выправкой и экипировкой пехотинцев, мощной моторизованной боевой техникой.
Как всегда, на трибунах было много знакомых. Я разговорился с кинорежиссером Григорием Васильевичем Александровым, который с увлечением рассказывал о своей новой работе - кинофильме "Русский сувенир".
Наземный парад уже заканчивался, когда над Красной площадью пролетели реактивные бомбардировщики, а вслед за ними пронеслись пятерками реактивные истребители со стреловидными крыльями. Самолеты произвели большое впечатление. Григорий Васильевич поздравил меня и неожиданно сказал:
- Позвольте представить вас писательнице Эльзе Триоле и ее супругу Луи Арагону.
Я, конечно, знал о знаменитом французском поэте-коммунисте Луи Арагоне и его жене - писательнице Эльзе Триоле, мне было интересно с ними познакомиться. Триоле прекрасно говорит по-русски, она родилась и выросла в России.
Это ваши самолеты пролетели? Поздравляю вас! Значит, вы и есть "тот самый ЯК"? - засмеялась она, - Это на ваших ЯКах во время войны летали французские летчики из эскадрильи "Нормандия"?
Я подтвердил, что французы летали на моих истребителях ЯК-1, ЯК-3, ЯК-9.
- Я очень довольна, что познакомилась с вами, - продолжала она. - Ведь я пишу сейчас сценарий о летчиках "Нормандии", со многими из них встречалась. Они очень хорошо отзывались о ваших самолетах, и вот теперь я знакома с самим конструктором.
Арагон тоже понимал русскую речь. Он сделал мне несколько комплиментов.
- Тесен мир, - улыбнулся Александров, обращаясь к Триоле. - Месяц назад в Париже вы говорили с летчиками из "Нормандии" об истребителях ЯК, а сейчас случайно, но к месту, в Москве, на Красной площади, встретились с самим Яковлевым...
Стали вспоминать о героических днях войны, об интересных эпизодах боевой жизни летчиков "Нормандии", и в моей памяти ожили события более чем десятилетней давности... Точно все это было только вчера.
Мне вспоминалась первая встреча с летчиками "Нормандии". Прием во французском посольстве в Москве в красивом кирпичном особняке на Якиманке. Нарядная публика дипломатических приемов, иностранные и советские военные в парадных мундирах. Характерная фигура генерала Катру - посла Франции в Советском Союзе. Торжественный момент посвящения в кавалеры ордена Почетного Легиона нескольких советских генералов, удостоенных этой высшей награды французского правительства за успешное сотрудничество в боевой работе с летчиками Свободной Франции.
После вручения ордена меня окружили молодые, жизнерадостные военные, дружески жали руку, поздравляли. Это были летчики "Нормандии".
Они были одеты в форму черного цвета, ниже погона на правом плече вышита буква "f". Славные ребята с открытыми, мужественными лицами наперебой старались сказать мне что-нибудь приятное о ЯКах. Тут же один из них снял со своей груди и приколол мне нагрудный знак эскадрильи "Нормандия": на красном поле два льва. Это герб провинции Нормандия, расположенной на севере Франции. Авиационные части Армии свободных французов носили имена различных французских провинции. Помимо "Нормандии", сражавшейся на нашем фронте, были также авиационные соединения "Бретань" и "Эльзас", воевавшие в Африке, "Иль де Франс" и другие.
Французские летчики почти не говорят по-русски, но кое-что понимают. Я немного знаю французский. Завязывается беседа на смешанном русско-французском языке. В конце концов мы отлично поняли друг друга.
Французы смеются:
- Авиаторы всех стран понимают друг друга без слов, авиаторы всех стран одна семья!
Появляется шампанское, поднимаются бокалы, произносятся тосты за победу, за "Нормандию", за ЯКи.
Я не запомнил всех французских летчиков, с которыми тогда познакомился. Остались в моей памяти Марсель Альберт, де ля Пуап и Дельфино.
Старший лейтенант Марсель Альберт - парижанин. Из Северной Африки, захваченной фашистами, Альберт перелетел в Гибралтар. Это один из лучших летчиков не только "Нормандии", но и Франции. Он командовал эскадрильей на советско-германском фронте с декабря 1942 года. Руководимые им летчики отличились в боях за освобождение Орши, Минска, при форсировании Немана.
Французские летчики с особенной гордостью рассказывали о воздушном бое, происшедшем 15 октября 1944 года, когда эскадрилья Марселя Альберта встретила два десятка немецких бомбардировщиков, шедших под прикрытием шести истребителей. Командир эскадрильи мгновенно сориентировался, приказал половине своих самолетов вступить в бой с бомбардировщиками, а сам с остальными устремился против истребителей противника. Шесть немецких бомбардировщиков и три истребителя были сбиты в этом бою. Марсель Альберт сам сбил два истребителя. И когда Марселя Альберта за боевые заслуги удостоили звания Героя Советского Союза, он сказал на митинге авиационного полка:
