В моей монографии «Регенерация и соматический эмбриогенез» (Л., 1959) и в других работах доказывается, что все факторы, способствующие физиологической и репаративной регенерации и иным нормальным процессам формообразования, тормозят развитие опухолей и, наоборот, всё, что тормозит регенерацию (и тем более подавляет её), благоприятствует бластоматозному росту, может создавать «предраковый фон». При опухолевых процессах регенерационные способности организма оказываются ослабленными. Из этого следует, что требуется искать такие препараты растительного происхождения, которые стимулируют нормальные морфогенетические процессы и прежде всего регенерационную способность организма, особенно физиологическую регенерацию. Таким образом, в числе критериев для отбора на дальнейшее исследование кажущихся антиопухолевыми препаратов важнейшим должен быть: стимулирует ли данный препарат регенерационные процессы.
Трудности работы в этом направлении не должны отпугивать учёных. Эмбриологи и специалисты по регенерации могут предложить облегчающие исследование модели, позволяющие в предварительной форме быстро получить ответ, тормозят или стимулируют регенерацию интересующие вещества.
Следует подчеркнуть необходимость расширения и углубления исследований фитонцидов в экологическом плане.
Заслуживают особого внимания мысли Ф. Вента, который подсчитал, что только эфиромасличные растения земного шара ежегодно выделяют в атмосферу 175 миллионов тонн летучих органических веществ. Атмосфера нашей планеты и все воды её, включая почвенные, насыщены фитонцидами. Недаром некоторые исследования доказывают, что и цвет неба в значительной степени определяется органическими веществами, выделяемыми растениями.
Вент в 1962 году высказал спорную, но очень интересную мысль. Миллионы тонн летучих органических веществ растений, окисляясь и распадаясь под действием света, освобождают огромное количество энергии, которое выражается в тепловой форме в поистине гигантской цифре — более 10 000 000 000 000 000 000 (единица с 19 нулями) калорий! Чтобы создать приблизительное представление о таком количестве энергии, вспомним, что здоровый человек тратит на все виды своей жизнедеятельности за сутки 2000—3000 калорий, а это приблизительно то количество энергии, которое требуется, чтобы температуру воды, равной весу человека, поднять с 0 до 50 градусов по Цельсию.
Вент предполагает, что энергия, возникающая в атмосфере при окислении летучих выделений растений, обусловливает постоянный положительный заряд атмосферы по отношению к поверхности Земли. Количество этой энергии приблизительно совпадает с энергией всех грозовых разрядов на земном шаре за год. Это также единица с 19 нулями калорий! А грозы возникают преимущественно в местностях с обильной растительностью и крайне редко над обширными пустынями. Почти не бывает гроз зимой, когда мало выделений растений. Вент и предполагает, что распределение зарядов в грозовой туче определяется тем, что в наружных тёмных участках тучи находятся окисленные органические вещества и там создаётся положительный заряд, а в центре тучи окисленных веществ нет и создаётся отрицательный заряд. Происходят разряды молний внутри грозовой тучи и между тучей и землёй.
Может быть, Вент прав? Подождём, опровергнут ли его смелую гипотезу метеорологи и физики.
Автор этих строк просил бы читателя не отвергать и его гипотезу, касающуюся загадочного до сих пор явления миграции рыб. Какие природные силы заставляют некоторые виды рыб проделывать тысячекилометровые путешествия в океаны, почему рыба «находит» реки, в которых она отложит свои икринки? Может быть, и здесь «замешаны» фитонциды или продукты их разложения? Может быть, учёные мало ещё внимания уделили обонянию рыб? Органические вещества, выделяемые растениями, произрастающими в районах нерестилищ, распространяются на сотни и тысячи километров от места их возникновения. Не служат ли фитонцидные вещества (запахи) «обонятельным проводником» для мигрирующих рыб? Кто знает? Следовало бы строго научно проверить эту гипотезу.
Может быть, и для объяснения удивительных сезонных перелётов птиц на огромные пространства мы должны добавочно изучить роль фитонцидов.
Особенно большое значение, мне думается, имели бы исследования о возможной роли фитонцидов, образующихся в лесах, на лугах и т.д., в мутационной изменчивости микро- и макроорганизмов. Может быть, те или иные фитонциды имеют мутагенное действие?
Вероятно, многое для биологии и медицины дадут исследования об ионизационных свойствах летучих фракций фитонцидов. По данным В.Н. Власюк зелёные насаждения в городах, по-видимому, играют положительную роль в поддержании ионного состава в воздухе в благоприятную с точки зрения медицины сторону — в увеличении концентрации отрицательных ионов.
