История трех поколений семьи Черноусовых, уехавшей в шестидесятые годы из тверской деревни на разрекламированные советской пропагандой целинные земли. Никакого героизма и трудового энтузиазма – глава семейства Илья Черноусов всего лишь хотел сделать карьеру, что в неперспективном Нечерноземье для него представлялось невозможным. Но не прижилась семья на Целине. Лишь Илья до конца своих дней остался там, так и не поднявшись выше бригадира. А его жена, дети, и, в конце концов, даже внуки от второй жены, все вернулись на свою историческую родину.Так и не обустроив Целину, они возвращаются на родину предков, которая тоже осталась не обустроенной и не только потому, что Нечерноземье всегда финансировалось по остаточному принципу. Исконную русскую землю в двадцатом веке просто некому стало обустраивать – Целина, ударные комсомольские стройки, растущие города высосали, обескровили среднерусскую деревню.
Лето 1961 года, классическая русская лесная деревня Горбылиха, затерявшаяся в одном из захолустных уголков Тверской земли. Два ряда изб, так называемые, красный и черный посады, меж ними проезжая часть, летом пыльная, весной и осенью грязная, зимой заснеженная. Избы и похожи друг на дружку, и в то же время отличны. Похожи бревенчатыми срубами, высокими остроконечными, крытыми дранкой крышами, против каждой избы колодец с вертушкой, сзади, вплотную к избам примыкают скотные дворы, за ними огороды и приусадебные участки. Отличие?… Ну, во-первых, размер изб. Как ни уравнивали в тридцатые годы коммунисты крестьян, раскулачивали и выселяли тех, кто побогаче, тем не менее, к шестидесятым даже по внешнему виду изб наблюдалось определенное расслоение. Например, самый большой и нарядный, обитый новым тесом, сверкающий свежевыкрашенными резными наличниками дом у местного бригадира. То есть, фактического главы деревни, входившей в колхоз, объединявший несколько таких, чуть меньше, чуть больше деревень вокруг большого села, выполнявшего роль центральной усадьбы. Как ни уравнивай, а хозяева-то в избах разные, и если мужик не пьет, или пьет в меру, к тому же тащит не из дома, а в дом, то даже при условии почти дармовой колхозной работы, вполне можно свое жилище содержать в относительном порядке. Ну, а если пьяница, или лодырь, или то и то в одном «флаконе»… У таких, конечно, и крыша течет, и тес гниет и вообще изба заваливается на бок или назад. Все это имело место и в Горбылихе. Наряду с бригадирским, одним из таких же крепким, зажиточным жилищем смотрелся дом относительно молодых супругов Черноусовых. Жили там, сам Илья Черноусов, мужик ухватистый, с головой, жена его Зинаида, баба работящая и дети, трое сыновей. В начале прошлого 1960 года, когда подводили итоги предыдущего 1959-го, горбылихинская бригада по ряду показателей оказалась в числе отстающих. Естественно в этой связи встал вопрос о замене бригадира Василия Яснова. Де, за несколько лет бригадирства он зазнался, стал меньше уделять внимания колхозным делам, а больше личным, жену свою устроил зав. фермой, а та вроде бы занималась приписками. Тут и всплыла кандидатура Ильи Черноусова, молодого энергичного, активного. Он и сам был не прочь порулить бригадой. Много усилий приложил Яснов, чтобы не случилось это переизбрание: все свои связи в колхозном правлении задействовал, лично съездил к председателю, отвез лучший кусок мяса от срочно забитого его личного бычка, вроде и еще чего-то там поднес, говорили, что деньги немалые. Так или нет, осталось тайной, но смены бригадира не случилось. В правлении Василию объявили строгий выговор за упущения в работе, но с должности не сняли. Ох, как обиделся, разозлился тогда Илья, ведь его обнадежили, вроде даже наверняка обещали. Злой на все колхозное начальство, он весной 1960 года взял да и завербовался на Целину. Конечно, как ценного работника его бы могли под каким-нибудь предлогом придержать, не отпустить. Но Яснов удерживать не стал – зачем ему столь опасный конкурент в бригаде, пусть едет. И вот через год…
В доме Черноусовых кипело застолье. Вообще-то летом у колхозников выходных как таковых не бывало. Но в этот воскресный день Василий Яснов не мог не представить таковой многим членам своей бригады. Уж больно весомым и необычным был повод: Илья Черноусов, год назад отбывший на Целину, приехал домой, чтобы теперь забрать с собой и семью. Несмотря на громогласную пропагандистскую трескотню во всех доступных в Горбылихе СМИ, то есть по радиотрансляции и в центральных газетах на которые заставляли подписываться всех даже неграмотных… Так вот, несмотря на раздающиеся уже несколько лет призывы ехать на освоение целинных земель, из Горбылихи еще никто кроме Ильи не поехал туда. Потому вся без исключения деревня желала из первых уст, от очевидца, земляка узнать всю правду об этой самой Целине. Конечно в документальных киножурналах «Новости дня», которые всегда показывали перед демонстрацией художественных фильмов в деревенском клубе, про Целину и рассказывали, и показывали. По той же радиотрансляционной сети чуть не каждодневно исполняли залихватскую песню: «Здравствуй земля целинная»… И, тем не менее, свидетельство побывавшего там односельчанина это не кино и песни по радио.
