В итоге я даже могу задаться вопросом — а являюсь ли я самим собой? Формулировка диковата, а тема слишком абстрактна, но задуматься над этим можно. Вдруг «Я» — просто Гектор Грейнджер, а дураком после болезни не являюсь в том числе и за счёт совершенно чужих воспоминаний. Типа, как метафизический конфликт личностей при копировании сознания человека в машину, как делали военные из жизни осколка-пилота — однажды проснуться и понять, что ты всего лишь копия, это жутко.
С другой стороны, имеет ли всё это хоть какое-то значение? На самом деле, вообще никакого. Почему? Я тот, кто есть сейчас и от этого зависит то, кем стану потом, а дожить до этого «потом» позволит имеющийся в наличии опыт, понимание и принятые именно сейчас решения. Могу ли я считать себя взрослым в теле подростка? Да, но это будет самообман. Какой взрослый? Что ещё за «взрослый»? На худой конец, хотя бы как меня звали? Есть только Гектор Грейнджер, если уж на то пошло.
Книга, которую я читал, хотя правильнее сказать «запоминал», внезапно кончилась, и, отложив её в сторону, я взял новую, открыв на первой странице, попутно продолжая размышлять.
Рассмотрим вопрос моего самосознания с другой стороны. Позволяет ли мне имеющийся в закромах опыт считать себя взрослым? Если отбросить психологическое желание превосходства над другими — нет. Ну, то есть, в зависимости от условий, в которых человек рос, он может оказаться действительно взрослым и в четырнадцать, и раньше — просто жизнь заставит. А можно и к старости подойти, так и не усвоив ничего из жизни, с уровнем ответственности и сознательности подростка, но общество будет считать тебя старцем. Я уверен, что даже среди учеников Хогвартса найдутся ребята, которые в различных жизненных ситуациях опередят меня в адекватности своих решений. Так что вопрос моей «взрослости» рассматривать со стороны опыта не имеет смысла, да и опыт этот, надо быть честным с собой, хромает на обе ноги.
Тогда, что насчёт моей «взрослости» в вопросах, скажем так, романтического характера? Ну, то есть, при прочих равных, зачастую романтический интерес вызывают люди из примерно одинаковой возрастной категории. Именно романтический, а не сексуальный. С последним-то всё просто — красивая девушка вильнула бёдрами и всё, интерес и порыв влечения к ней гарантирован, а вот то, как успешно человек справится с этим порывом, и будет ли справляться вообще, дело и проблема лично каждого.
Что же, проанализируем. Для начала, поддамся самообману и в таком вот состоянии отвечу на вопрос — на какой возраст я, так сказать, претендую? Ну, если потешить самолюбие, лет на тридцать пять… Самый «тот» возраст — и достаточно опытен, и довольно многое видел, есть какие-то успехи, но ещё не стар и всё ещё здоров. Примерно в таком свете видится человек этого возраста. С кем я знаком и общался из примерно этой возрастной категории? Миссис Малфой? Ну, я не чувствовал себя «на равных», и виной тому, как мне кажется, чёткое понимание того, кем я являюсь и как меня видят окружающие — парень четырнадцати лет. С другой стороны, было бы здорово, если бы моя жена, а она будет, так как не вижу я себя бабником, будет выглядеть столь же шикарно в этом возрасте…
Стоп! Вот и мысль — я чувствую и ощущаю себя младше миссис Малфой, её вполне чётко воспринимаю старше, хоть и красивой. Тут понятно. Берём другую крайность. Кто хотя бы внешне интересен из «младшей» категории? Ну, именно из младших в плане внешности есть большой потенциал у Джинни Уизли, с её-то правильными чертами лица и огненным цветом волос, правда, явно нужна коррекция здоровья и тогда, я уверен, года через три-четыре, она будет «зажигать и гасить, есть сердца». Но, Мерлин всемогущий, сейчас я её не вижу, как объект какого-то романтического интереса, а это как раз возраст, когда подобные мысли начинают брать в осаду разум подростка. Капитальную такую осаду. Следовательно, это точно не та возрастная категория.
Дафна? Хм…
Как ни странно, но эта мысль заставила меня задуматься, причём крепко. Особых романтических порывов я не ощущаю, хотя вон, в прошлом году, сам инициировал нечто подобное. Нахождение в её обществе не вызывает у меня каких-то проблем, дискомфорта от общения с, якобы, маленькой девочкой и всякое подобное. Внешне она чётко воспринимается как девушка…
— П-ф-ф… — не сдержавшись, фыркнул я, чем привлёк внимание всё ещё имитирующих крайнюю занятость девушек, сидевших за столом в конце прохода.
