Все сразу же обратили свой взгляд на неё, вызвав смущение и румянец на щёчках.
— Что? Я думала, все знают. У нас же две трети факультета — министерские.
— Нет, подруга, — покачала головой Ханна. — Не знают.
Несколько минут мы просто ели. Ученики в зале шумели, общались, смеялись, гремели посудой — ничего необычного.
— Кого думаешь приглашать? — спросила Ханна, когда я справился с едой наполовину.
— Не знаю. То есть, знаю, кого хочу, но не прокатит.
— А-а-а, поняла, — хитро улыбнулась Ханна. — Но ты прав. Подобное мероприятие является официальным, а не только развлекательным, как нам бы хотелось. А пригласи Делакур, а?
— Хм? Зачем это мне такая радость?
— Ну как же, — притворно возмутилась Ханна. — По слухам, некоторые, уже прознавшие о бале, попытались это сделать.
— Боюсь представить их глупые лица от воздействия вейлы.
— Говорят, что это было ужасное зрелище. Ужасное, но смешное.
— Сначала узнаю расклад у той, кого хочу пригласить, а потом уже буду думать альтернативы.
Разумеется, в этот вечер поговорить с Дафной не получилось. Каким-то чудом мы разминулись у дверей Большого Зала. «Личинок», как я и планировал, обнаружили именно в этот момент. Ух и начался же разбор полётов — Снейп и МакГонагалл лютовали, мол: «Кто это сделал, кто это сделал». Снейп не стал терять возможность, упрекая в подобном именно гриффиндорцев, а МакГонагалл отчаянно выгораживала своих. Сходу снять чары с личинок не получилось, ну, а может быть МакГонагалл просто не стала развеивать трансфигурацию — в конце концов, она дока в этом вопросе. Парней в виде «личинок» отправили в больничное крыло, директор пообещал разобрать и покарать, но никто в это не верил — глаза Дамблдора выражали слишком уж явное веселье.
А потом ребята с факультета утянули меня на вечеринку в гостиную, где планировалось отметить победу Седрика на первом туре. Конечно же, был там и алкоголь в разумных пределах, но по большей части — разные чаи и сладости.
Седрика все поздравляли, веселились, развлекались.
— … а дракон такой, уа-а-а, а Седрик — фьють, и всё!
— … а Крам-то всё кидался и кидался заклинаниями…
В общем, разговоры были не особо интересными, но предсказуемыми — дети радовались за своего, и выражали вежливое, но «фи» по отношению к другим чемпионам.
— Седрик, друг!!! — перекричал всех Герберт, уже урвавший где-то чего-то спиртного. — А что за яйцо-то?
— Действительно! — множество учеников тут же поддержало вопрос.
Седрик с улыбкой встал на видное место, держа в руках яйцо. Все замолчали.
— Для начала, хочу поблагодарить друзей и товарищей, что активно помогали готовиться к состязанию и что взяли на себя некоторые мои обязанности в течение недели. И, разумеется, — Седрик глянул на меня. — Нашего с вами лучшего летуна, и как выясняется, просто отлично соображающего товарища, Гектора Грейнджера.
— А я-то тут при чём?
— А кто разведал обстановку?
Да, о том, что чемпионы прознали о драконах, узнали все почти сразу после первого состязания.
— А разработал план? А запасной план? А запасной план для запасного плана?
— Всё-всё, я понял, куда вы без меня. Но колдовал-то ты.
— Достижения одного — плоды работы всего коллектива. Давайте же откроем это яйцо, в котором, по словам судей, находится подсказка.
— Да!!!
Седрик открыл яйцо. Моментально по гостиной разошлась волна дикой ультразвуковой какофонии. Многие закрыли уши, присели, кто-то даже грохнулся с дивана. Седрик моментально закрыл золотое яйцо, и воцарилась тишина.
— Хороша подсказонька, — высказался я в этой гробовой тишине, мизинцем прочищая ухо. — С такими подсказоньками никаких испытаний больше не нужно.
Пусть и не сразу, но вечеринка продолжилась, а золотое яйцо перекочевало в группу «мозгового штурма», в состав которой невольно оказался втянут и я. Собственно, группа эта состояла как раз из нашей команды по квиддичу и из некоторых однокурсников Седрика. Справедливости ради стоит отметить, что почти вся команда и так была однокурсниками старосты, так что можно сказать, что группа «мозгового штурма» — седьмой курс Хаффлпаффа и Гектор Грейнджер.
Нашли ли мы решение? Нет. Но вечер провели неплохо, и это главное на данный момент.
Вторник для многих начался с похмелья, а я же с наглой ухмылкой смотрел на страдающих, ведь после своих ежедневных физических упражнений и душа я чувствовал себя просто прекрасно. А возможно моё хорошее самочувствие связано с тем, что я попросту не пил?
Занятия в этот день, двадцать пятого октября, шли тихо, спокойно, по плану. Куда интереснее всё было в Большом Зале на приёмах пищи. Некоторые парни, узнав о Рождественском Бале, поспешили подойти и пригласить Флёр Делакур. В принципе, инициатива была ожидаема, а результат предсказуем. Девушка специально давила на таких храбрецов своим шармом, заставляя тех плыть. Было ли это проверкой, или методом отшить, но Делакур отказывала всем, покидая место происшествия в компании француженок.
Вечером мне, наконец-то, удалось перехватить Дафну во время похода в библиотеку.
— Гринграсс.
— Грейнджер.
— Есть вопрос.
— Внимательно слушаю.
