— Хватит врать, Поттер. Идите, пока я не снял ещё баллы или не назначил отработку. Котлы сами себя не вымоют.
Недовольный Поттер поспешил ретироваться вместе с Невиллом, подбадривающим товарища. Снейп же резко развернулся на месте, глядя на меня.
— Вам, мистер Грейнджер, должно быть доставляет удовольствие провоцировать недалёких идиотов на необдуманные поступки, не так ли?
— Или так, или он вместе с кем-нибудь ещё придумал бы какую-нибудь пакость, результат которой был бы непредсказуем, — кивнул я. — А так — безопасное разрешение кризиса на данный момент. Словами что-то решить вряд ли бы получилось.
— Хм… — Снейп выглядел задумчивым. — Так уж и быть. В этот раз я не сниму баллы. Смею надеяться, что вы столь преуспеваете в дуэлях, бое и колдовстве не для того, чтобы избивать сирых и убогих. В следующий раз постарайтесь не доводить дело до колдовства.
Снейп развернулся и стремительно направился по своим делам, а полы его чёрной мантии эффектно развевались за его спиной. Выдохнув, я продолжил свою дорогу до библиотеки.
Обитель знаний в этот чудесный день была пуста, если не считать мадам Пинс за своим рабочим местом. Она взглянула на меня с лёгким удивлением, почти нечитаемым на лице, поправила очки и кивнула.
— Мистер Грейнджер. Даже каникулы не способны удержать вас в стороне от библиотеки?
— Истинно так, мадам Пинс, — со слабой улыбкой я отвесил лёгкий поклон головы. — Это прекрасное место для спокойного и уединённого чтения.
— Всем бы ваше понимание того, чему служит библиотека. Проходите.
Вообще, разрешение никому не требовалось, но тем не менее, я поблагодарил библиотекаршу и направился в читальный зал — сегодня мне книги с полок шкафов не нужны, есть свои.
Устроившись поудобнее, достал из рюкзака копии книг от Дафны и, предвкушая что-то интересное, начал читать.
С каждой страницей я понимал, что подборка материала по базовой, начальной химерологии — крайне интересная вещь. Одно лишь меня смущало — мне не хватало базовых знаний по другим дисциплинам. Не только сугубо магическим, нет. Проблема была несколько шире и глубже. Дело в том, что для понимания базы по химерологии, нужно обладать довольно продвинутыми знаниями в анатомии, физиологии, Уходе в целом, и в магозоологии в частности. У меня нет проблем с обычной анатомией и физиологией, пусть и некоторые вещи ещё предстоит либо вспомнить посредством книг, либо изучить всё тем же способом, вот только обычные эти дисциплины отличаются от магических очень и очень сильно. Каждый нюанс, каждая ткань, их строение, процессы в них и прочее-прочее, в магических дисциплинах рассматриваются не только сугубо с привычной точки зрения, но и с магической. Тут уже приплетаются не только химия, а эта наука так же известная волшебникам, но считается ненужной в школьном образовании, как и некоторые другие. В ход идут магические понятия, теории, правила, расчёты, арифмантические формулы и, опять же, теоремы, рунные комплексы… В конце концов, как я понял, нужно ещё и понимание человека-волшебника не просто как человека, а как магического животного, а вот что вызывает двоякие ощущения — с точки зрения зельеварения, взаимодействия тканей и органов, как ингредиентов…
В общем, запомнить-то всё это я могу, да. Могу многое додумать сам, ведь не дурак, но это уже будет нечто иное, скорее всего, совершенно неправильное. Дело в том, что волшебство в существующем здесь виде, да и в воспоминаниях осколков, работает по тому же принципу, что и наука — понапридумывали сами себе кучу систем, моделей, и прочего, и описывают мир с их помощью. В этом нет ничего плохого, но подобный подход связывает воедино систему знаний и представлений. Да, я могу что-то додумать сам пользуясь своими знаниями и своим пониманием тех или иных процессов, вот только их описание будет отличаться от местного, а значит использовать его как фундамент для понимания более сложных дисциплин уже проблематично или даже опасно — можно так всё извратить, что последствия практического применения знаний с такой базой могут оказаться не просто непредсказуемыми, а фатальными.
Что это значит? Продолжаем штурмовать библиотеку, вгрызаясь в гранит науки вглубь и вширь.
Три часа я изучал подборку от Дафны, но часто спотыкался о неизвестные термины, вещи или концепции, что тут же привлекали моё внимание, из-за чего не осилил и треть этой импровизированной книги. За это время ни одного ученика не посетила мысль отправиться в библиотеку, но судя по быстрым шагам из коридора, это временно.
В библиотеку буквально залетел Рон Уизли. Живой, здоровый, в алом свитере ручной работы, а инициалы, вышитые большими золотыми буквами, явно говорили, что это именно его именной свитер. Рон кивнул мадам Пинс, быстро оглядел зал и целеустремлённо и важно направился ко мне.
— Ты, — рыжий сдерживал громкость голоса, но лицо его говорило, что сдерживаться он очень и очень не хочет. — Ты сломал мне челюсть!
— Ты довёл Гермиону до слёз…
Чувство дежавю сильно меня позабавило, и судя по ещё больше разозлившемуся Рону, это отразилось на моём лице.
