— Амбридж, — внезапно заговорила Сьюзен, поправив чёрный ободок на своих рыжих волосах, — наглая злая сука, и любые её слова нужно понимать только и только в плохом смысле.
— Ух-ты! — Джастин удивлённо посмотрел на вмиг смутившуюся Сьюзен.
— Так тётя говорит, — отмахнулась она. — А её мнению стоит верить.
— И какой же «плохой смысл» мы тут имеем? — это уже Захария решил спросить, сохраняя спокойствие и свойственный ему лёгкий пофигизм на лице.
— Хм… — я задумался, краем сознания отмечая, что речь директора уже почти подошла к концу. — Очевидно, Амбридж будет пытаться устанавливать свои правила, реформировать то, что посчитает нужным, чтобы вывести всех из равновесия и тем самым «вскрыть» что-нибудь. Что угодно, что можно использовать против директора. Сопутствующие жертвы, полагаю, интересовать её не будут.
— …А теперь, — Дамблдор заговорил чуть громче прежнего. — Поспешите в свои комнаты и отдохните как следует перед завтрашним днём!
С этими словами пир подошёл к концу, исчезли кубки, кружки и кувшины, а ученики начали потихоньку вставать с мест, наполняя Большой Зал гулом мгновенно зародившихся обсуждений, разговоров. Я и Ханна поспешили встать с места и обратить своё внимание на часть стола, что была ближе к преподавателям — именно там расселись первокурсники, которые сейчас не совсем понимали, что нужно делать, лишь вставали с мест вместе с остальными.
— Первокурсники! — мы с Ханной одновременно выкрикнули эти слова.
Мелкие тут же посмотрели на нас. Ханна глянула на меня и указала ребятам в мою сторону — сама она сидела по другую сторону стола и посчитала, очевидно, что разделять новеньких на два потока не стоит, запутаются ещё.
Ребятня довольно быстро собралась рядом со мной, а Ханна обошла стол и теперь встала за их спиной.
— Итак, ребята, познакомимся позже, в гостиной, а сейчас, следуйте за мной, — улыбнулся я как можно дружелюбнее, да и не получается, на самом деле, без улыбки смотреть на такое разнообразие эмоций — от удивления и предвкушения, до стеснения и лёгкой растерянности.
Развернувшись я, не особо быстро, чтобы мелким не пришлось срываться на бег, пошёл за постепенно пробирающимся на выход остальными учениками нашего факультета.
Мы довольно быстро дошли до Главной Башни и, разминувшись с учениками других факультетов кроме Слизерина, двинулись в сторону подземелий.
— Итак, — начал я свою речь только теперь, когда слышимость стала вполне сносной. — Пока что можете не грузить себе мозги тем, как куда пройти — на освоение замка под моим руководством, или под руководством старосты от девочек, у вас будет две недели.
Ребята шли за мной, не задавая лишних вопросов, лишь крутили головами туда-сюда, стараясь рассмотреть вообще всё, что попадалось на глаза.
— Но, тем не менее, хочу сказать, что гостиная наша находится практически в подземельях, довольно близко от Большого Зала и Главной Башни — той самой, которую мы только что прошли, где движущиеся лестницы и несметное количество живых портретов.
Слизеринцы уже свернули в свой коридор, а мы почти дошли до кухни, возле входа в которую я остановился и обернулся к ребятам.
— Здесь, — я указал рукой на большой натюрморт, — находится самое важное помещение замка. Знаете, какое?
Ребята помотали головами или же просто продолжали смотреть на меня.
— Кухня! — я важно воздел указательный палец к потолку. — Как известно, чем дальше от начальства и ближе к кухне — тем лучше.
Мелкие заулыбались подобному выверту, ведь все мы любим вкусности, даже если никогда себе в этом не признаемся — что поделать, если нравящаяся человеку комбинация реакции вкусовых рецепторов положительно влияет на центр удовольствия мозга и стимулирует выработку определённых гормонов. Еда — наш природный наркотик.
— Все запомнили этот проход?
Дождавшись кивков, я продолжил:
— А чтобы туда попасть, нужно пощекотать вот эту грушу… — я указал рукой на одну единственную грушу на натюрморте. — Сейчас я делать это не буду — там, на кухне, работают домовики, они сейчас немного устали и просто так не отстанут от дорогих гостей, пока не всучат кучу вкусностей, хотите вы этого или нет. Сытым туда лучше не ходить. Пойдём дальше.
Я приглашающе махнул рукой и пошёл по каменному коридору, в котором свет факелов умудрялся теряться в темноте под потолком, хоть тот и не был настолько уж высоким. Впереди, к моему удивлению, нас ожидали некоторые из учеников, поглядывая на то, как я рассказывал про кухню и улыбаясь.
Вскоре мы добрались и до входа в гостиную. Около десятка учеников разного возраста, что не успели попасть в гостиную, стояли по обе стороны от входа в виде нескольких огромных бочек.
— Итак, ребята, — я остановился рядом с крышками бочек, которые, кстати, были почти с мой рост в высоту. — Здесь находится вход в нашу с вами гостиную, в гостиную факультета Хаффлпафф. Внимательно смотрите, чтобы не ошибиться.
Дождавшись, когда внимание детей сконцентрируется на мне и на моих действиях, я указал на одну из «бочек», под которую и был замаскирован проход.
