Ужин прошёл тихо и спокойно. Ханна отдала мне часть бумаг по клубам и прочим организациям внутри факультета — списки, род деятельности и всякое прочее, что может пригодиться для Амбридж. Сам я тоже собирал подобное, но как-то так получалось, что стоило только заговорить с кем-нибудь из наших об этом, как бумаги организовывались чуть ли не сами по себе за пару минут. Ну а ещё мы просто разделили работу — некоторые клубы были чуть ли не в стиле «кройки и шитья», сугубо женские, а работать с девушками проще девушке, ведь я даже на территорию их общежития зайти не могу, даром что староста.
После ужина я смело отправился в кабинет ЗоТИ, прошёл пустой класс и постучался в дверь рабочего кабинета Амбридж.
— Не заперто, входите, — ответила она своим не самым приятным голосом.
Зайдя внутрь, я чуть было дар речи не потерял — она даже каменные серые стены перекрасила в розовый. Здесь вообще всё было так или иначе в оттенках розового, и только мебель да абсурдное количество тарелочек с магическими изображениями кошечек сохранили за собой право остаться в изначальном цвете. Ну и ещё несколько элементов декора, которые не могли быть розовыми по определению.
Профессор Амбридж сидела за своим столом, заполняла какие-то бланки и документы, ловко орудуя розовым пером.
— Мистер Грейнджер, так? — полу утвердительно спросила она, подняв на меня взгляд и отложив своё перо в сторону. — Должна признаться, я ожидала ученика, которому назначена отработка.
— О, профессор, я надолго вас не задержу, — улыбнулся я и подошёл к столу, протягивая стопку пергаментов.
— Позвольте поинтересоваться, — Амбридж даже не посмотрела на них, продолжая приторно улыбаться. — Что это такое?
— Списки клубов, кружков, команд и прочих организаций внутри факультета для прохождения вашей аттестации и получения одобрения на проведение деятельности.
— Очень хорошо, — довольно кивнула Амбридж. — Должна заметить, вы первый из всех, кто пришёл, да ещё и подготовились так тщательно. Я уже думала, что мне придётся работать с каждым клубом индивидуально.
— Я понимаю, что у вас и так много работы, — кивнул я, не покривив душой. А вот как я отношусь к этой работе — вопрос совсем другой.
— Вы абсолютно правы, мистер Грейнджер. Министерству предстоит провести действительно серьёзную работу по наведению в Хогвартсе порядка. Кстати, мистер Грейнджер, — улыбнулась пуще прежнего это розовое недоразумение. — До меня дошла информация о том, что внутри Хогвартса организовывается некая… нелегальная группа учеников.
— Даже так?
— Они собираются не только пренебрегать всеми нормами, но и игнорировать постановления и предписания министерства магии и самого министра, Корнелиуса Фаджа…
Краем глаза я заметил на рабочем столе рамочку с портретной колдографией Фаджа.
— …У меня есть подозрения, что эта группа учеников собирается вести подрывную деятельность, направленную против министерства и его политики.
— Это очень серьёзно, профессор, — кивнул я. — Министерство прилагает немало усилий для нормализации жизни нашей страны, и подобное, разумеется, будет мешать.
Сам я смеялся с подобной формулировки, ведь ни словом, ни смыслом я не врал, говоря чистую правду — вопрос лишь в том, как воспринимать то или иное слово, фразу, их суть.
— Отрадно видеть такое понимание, — Амбридж вернула перо в специальную подставку. — Хотелось бы узнать у вас, мистер Грейнджер, как у старосты факультета — вам известно что-нибудь об этой группе?
— Знаете, по школе ходят слухи о чём-то подобном, но никакой конкретики. Если такая группа есть, то они наверняка будут предпринимать меры, чтобы их не засекли.
— Всё верно, а потому мне и нужны люди, сознательные, ответственные, перспективные. Способные понять всю опасность подобной деятельности, и которые незамедлительно помогут мне уберечь эти юные дарования от столь необдуманных поступков, ведущих, несомненно, к ужасному для них будущему.
— Я понимаю, профессор. Но за всей школой мне не уследить, потому я предпочту блюсти за нормальным моральным обликом учеников на моём факультете.
— Отрадно, мистер Грейнджер. Можете быть свободны.
Развернувшись, я покинул кабинет Амбридж. Занятно. Всё-таки вербует себе сторонников, действуя на элементах гордости, используя общие слова. Но и я ответил тем же. Я это понял, она это поняла… А может быть и не поняла, ведь легко услышать в словах только то, что слышать в них хочешь.
По пути в гостиную я решил заглянуть на кухню замка. Причина тому была простая и очевидная — я могу себе весь мозг сломать в попытках сделать хорошо скрытую аудиторию для занятий, или две, или три, не важно, но есть ведь домовики! Да, многие волшебники игнорируют факт их существования напрочь, но я точно понимаю, что волшебные существа, являющиеся служащими в таком большом замке, так или иначе знают обо всех интересных помещениях здесь. Да, они могут не иметь возможности попасть в то или иное место замка, но знать о существовании «места» — обязаны.
