— Да, я понимаю, но тут всё ещё более образное. Во многих целительских практиках основной упор идёт на локализацию проблемы, диагностику проблемы, понимание принципов, которые эта магическая проблема наносит урон организму, ликвидация проблемы и восстановление. Магическая медицина, конечно, постепенно движется по направлению к большей детализации понимания принципов работы организма, клеток тела и так далее, но…
— Но?
— Но, мистер Грейнджер, чисто физические травмы и повреждения восстанавливаются очень легко. Основные же тяготы целителя связаны с взаимодействием тела, разума, магии, энергетики, души, в конце концов. Какое-нибудь простое тёмное проклятье может отсечь руку, например. Что мы увидим, рассматривая только тело? Ну отрезало, да отрезало — если это именно режущее проклятье, то ничто со стороны тела не будет намекать на какие-то сложности с восстановлением. Можно пришить, можно отрастить, можно что угодно… казалось бы. Но «тёмность» проклятья повреждает энергетику. Возможно даже затрагивает душу — тут исследования ведутся, однозначно сказать нельзя.
— Понятно. Пришитое — отвалится. Выращенное — отомрёт.
— Да, примерно так. Потому и углубление знаний в области строения материи волшебников в целом, и целителей в частности, не очень беспокоит. Но это не значит, что эти знания бесполезны. Мой французский коллега и хороший знакомый утверждает, что годы изучения маггловских дисциплин незначительно облегчают процесс ежедневной работы целителя. Совсем незначительно, да, но упрощают. Так что некий смысл в этом есть. Ну или, мистер Грейнджер, вы захотите двигать науку магического целительства, и тогда подобные знания могут пригодиться.
— Ясно. Спасибо за мнение.
— Да, приступим к более волшебным дисциплинам. Пробежимся по теории…
— Вы будете колдовать вообще? — Дафна решила полюбопытствовать, привлекая наше внимание как к ней самой, так и к трёхмерной проекции сложных рунных комплексов. — Выпадет нам шанс на что-то посмотреть, или только скучные речи?
— Конечно же поколдуем, принцесса, — улыбался Сметвик. — Да вам и так не сильно скучно.
— Так-то оно так, но мы могли бы где-нибудь и поудобнее устроиться, если вы не будете колдовать.
— Всё с вами ясно, — покивал Сметвик. — Воистину, хлеба и зрелищ. Итак, мистер Грейнджер. По магии…
Начался новый опрос на совершенно случайные темы. Сметвик специально прыгал с одного на другое, с простенькой тёмной магии, на совершенно не тёмную, но мозголомную своими абстрактными образами химерологию.
Не знаю, сколько прошло времени, но девушки уже успели закончить свои дела, сходить куда-то в дом, оставив нас в зале, вернуться с едой, съесть еду, снова уйти, переодеться и вновь вернуться с едой и книгами, которые теперь уже читали вместе, сидя на диване и о чём-то хихикая. Сметвик уже к этому времени буквально засыпался различными бумагами и пометками, выглядел немного уставшим, но довольным.
— Так, мистер Грейнджер, — Сметвик быстренько собрал бумаги и положил в папку. — Пойдёмте колдовать.
Эти слова, а точнее то, что Сметвик встал с кресла и направился вместе со мной в другой угол просторного каменного зала, вынудили Дафну и Пэнси оторваться от чтения и с любопытством посмотреть, что же мы такое сейчас будем делать.
— Куда же они их засунули, — бормотал Сметвик, обводя внимательным взглядом зал.
— Нам что-то нужно?
— Манекены, — не глядя на меня ответил Сметвик. — Не на живых же я буду применять заклинания?
— Вы? Я думал, что проверяем меня.
— Не стоит без богатого опыта в защите себя и своего разума применять Тёмную Магию лишний раз.
— Мой разум защищён, если это важно.
— Так ли это? — Сметвик всё-таки повернулся ко мне и взглянул с улыбкой и почти незаметным прищуром.
— У меня есть основания так полагать.
— Дело ваше, — пожал он плечами. — Но я бы всё-таки предпочёл адекватного ученика. Вот когда я смогу сам точно сказать, что ваш разум защищён, тогда и будете смело применять.
— Справедливо.
— Ага, вспомнил!
Сметвик бодро направился к одной из стен зала, постучал палочкой по парочке больших камней, открывая тем самым нишу с манекенами. Там были манекены как на колёсиках, бодрые и подвижные, чем-то напоминающие парочку Хогвартских, так и стационарные, неподвижные, и больше похожие на брёвна с мишенями. Вот их Сметвик и вытащил из ниши магией, поставив буквально через пару метров, у стены.
— Итак, мистер Грейнджер. Теорию вы знаете, но мне хотелось бы понять, можете ли вы эту теорию обратить в понимание, когда видите заклинание или его эффект.
— К чему всё это?
— Мне просто нужно понять реальные границы скорости вашего мышления, границы вашей чувствительности и понимания магии. Дуэль с мистером Ноттом была довольно показательна, но мне нужно понять больше. Поймите правильно, у меня совершенно нет желания ввязываться в долгое-долгое обучение вас или кого-то ещё. Тем более, вы ещё учитесь в Хогвартсе. Мне нужно понять, сможем ли мы с вами составить хорошую программу обучения, и насколько это будет напряжно лично для меня.
Сметвик украдкой глянул на Дафну.
