— Красиво, чёрт подери, — хмыкнул я, понимая всю грандиозность этого заклинания, при этом я прекрасно осознавал, кто отмечал подобным образом места своего, скажем так, «присутствия».
Одновременно с этим я увидел какое-то зелёное пламя на реях корабля Дурмстранга. До него было далеко, но сконцентрировавшись на магии, я усилил и без того хорошее зрение.
На центральной мачте корабля был спущен парус. Верхняя рея горела зелёным пламенем, а на ней, на собственных кишках был повешен изуродованный Каркаров — его можно было узнать. Белый парус корабля, на котором раньше красовался герб Дурмстранга, теперь был испорчен — поперёк него была всего одна надпись, даже ночью хорошо видимая в зелёном пламени и в ярком свете метки в небе. «Предатель».
— Ох, не к добру это… Ой не к добру…
По дорожке от замка уже вовсю спешили преподаватели. Разумеется, среди них был и Грюм. Я прекрасно знал, что его глаз меня увидит — не настолько сильно я скрывал себя. Потому и делать это перестал. Разумеется, рядом со мной тут же остановился сам Грюм, как и директор, махнув остальным двигаться дальше в сторону корабля.
— Отвечай честно, салага, — Грюм смотрел на меня, а его посох был наготове, хотя сразу так и не скажешь. — Что ты тут делаешь?
— Да я-то просто птичку нашёл у хижины Хагрида, — показал я птенца, на котором всё ещё были следы земли. — Заметил, как в земле копошится что-то. Думал, что нюхлер — нам Хагрид их не так давно показывал. Думаю, вдруг блестяшку он нашёл какую интересную, они такие…
Грюм и Дамблдор внимательно меня слушали.
— А там это вот… Ещё и до крови за палец цапнул. А вот, что это… — кивнул я в небо, — за светопреставление — я понятия не имею.
— Не врёт, — кивнул Грюм.
— Возвращайтесь в замок, мистер Грейнджер, — серьёзно сказал директор.
— Хорошо.
Кивнув, направился в Хогвартс. Я ведь говорил, что плохая идея была для Каркарова, вернуться в Англию? Ну, вот и закономерный итог. Хотя как-то всё это подозрительно. Очень подозрительно.
Стоя на небольшой возвышенности и наблюдая за тем, как прощаются наши ребята с гостями из Шармбатона и Дурмстранга, я вспоминал только-только прошедшую церемонию награждения, как и слова Дамблдора…
…Церемония награждения — первое, с чего началось утро в Хогвартсе. Если, конечно, считать, что обычный день начинается с завтрака, как всеобщего мероприятия. Многие, как и я в том числе, ожидали увидеть какую-то праздничную атмосферу или нечто подобное. Да хотя бы большие и яркие флаги школ, как на ужине вчера, но нет. Всё было довольно мрачным, флаги приспущены, а иллюзия неба на потолке полностью деактивирована — пожалуй, мы чуть ли не впервые увидели этот потолок таким, какой он есть, и из-за этого Большой Зал стал ещё больше походить на аналогичные залы в католических храмах или монастырях.
Наши деканы жестами расставили нас вдоль столов факультетов, и вот так, стоя, мы дождались появления Дамблдора и остальных преподавателей.
Директор встал у своей трибуны, украшенной анимированной позолоченной совой, которая не расправила крылья, как обычно — осталась неподвижной.
— Сегодня, — начал говорить Директор, и все, в том числе и ученики других школ, затихли, слушая, — магический мир понёс невосполнимую утрату. Директор Дурмстранга, Игорь Каркаров, был своеобразным, неординарным, но талантливым волшебником…
Я мысленно усмехнулся тому, насколько корректно и нейтрально говорил Дамблдор, а в его взгляде не чувствовалось какой-то особой грусти. Так, немножко, но показывал он, якобы, вселенскую печаль. Его можно понять — директора другой школы не просто убили, а распяли и сожгли на нашей территории. Только слепой бы не заметил несколько министерских работников и авроров, что чуть ли не носом землю рыли — для этого достаточно было просто выглянуть в окно, смотрящее в сторону Озера и корабля.
Пока я думал, директор заканчивал свою нейтральную и короткую речь, упомянув, что совместные силы министерств двух стран принимают все меры для расследования данного происшествия.
— …однако, я со всей уверенностью могу заявить, — продолжал говорить Дамблдор, — что знаю, кто именно стоит за этим кошмарным и бесчеловечным убийством, и вы, а в особенности, ученики Дурмстранга, имеете право это знать. Директор Каркаров был убит слугами Лорда Волдеморта по его личному указанию.
Тихий ропот пронёсся по рядам учеников, а я внимательно следил за реакцией окружающих и самого директора. Такое заявление, конечно, очень резонансное и кажется абсурдным. Хочется сказать, что Дамблдор, наконец-то, окончательно свихнулся, вот только сильно я сомневаюсь, что он в принципе способен поехать крышей. Но куда хуже то, что в голове моей есть чёткое понимание — Дамблдору нет никакой нужды врать. Не того полёта птица, чтобы опускаться до мелочной лжи.
— …оба министерства отмахнулись от моей информации и не желают, чтобы я об этом говорил, — вещал директор, и все внимали, пусть некоторые и с недоверием на лицах. — Но я считаю, что утаивать подобное от вас, друзья, крайне неверно. Почтим же минутой молчания…
