Сидевший на диване рядом Джастин решил, что тишина — непозволительная роскошь в такой ситуации.
— Квиддич? На какой роли?
— Охотник.
— А ты не говорил.
— Я не специально. Само как-то позабылось в этой суете.
— Понимаю, — улыбнулся парень в ответ. — Я сам первое время никак не мог привыкнуть ко всему этому…
Джастин многозначительно обвёл рукой всё вокруг.
— …Бедламу.
— Сравниваешь Хогвартс с психушкой?
— Ты просто не был тут в прошлые годы. Иначе и не скажешь. Но, может быть, это лишь на мой, «маггловский» взгляд?
— Кто знает, Джастин, кто знает… Мне ещё слишком рано делать выводы.
— Главное, чтобы однажды не стало слишком поздно.
— Глубокомысленно.
— Глубокомыслие в меня вбивает отец, — скривил лицо Джастин, явно вспоминая что-то неприятное. — На словах получается неплохо. На деле… Так себе.
В нашей скромной компании воцарилось молчание, но продлиться ему суждено было недолго — однокурсники быстренько собрались за столиком, и мы начали проверять, всю ли домашку сделали, ведь завтра будет особенно сложный день.
***
В рабочем кабинете, деревянная и каменная отделка которого так и говорила о богатстве владельца, сидели за столом два волшебника, казавшиеся противоположностями друг друга. За окном уже была ночь, а крохотные огоньки звёзд почти не давали света. Лишь пара неярких светильников освещали кабинет. Мрачный профессор зельеварения Северус Снейп, весь в чёрном, с чёрными же волосами, что из-за специальных средств казались сальными. Его собеседник, платиновый длинноволосый блондин, известный меценат, в недавнем прошлом — глава попечительского совета Хогвартса, и просто богатый человек, Люциус Малфой.
Оба волшебника сидели с изящными бокалами огневиски в руках, вели непринуждённую беседу о бренности бытия и различных перипетиях.
— Как дела у моего сына, Северус? — Люциус задал, наконец-то, вопрос, ради которого и был приглашён старый товарищ, а по совместительству, декан факультета Слизерина.
— Посредственно, Люциус, — сухо ответил зельевар. — Я тебе уже не раз говорил, что он не подходит на роль лидера.
— А я тебе не раз говорил, что пусть даже он будет лидером лишь фиктивным, публичным для остальных, — Люциус слабо улыбнулся, блеснув стального цвета глазами. — То со временем остальные привыкнут видеть там именно его. Хогвартс — самое время для подобного.
— И тем не менее, — Северус сделал небольшой глоток крепкого напитка, позволив этим каплям отдать каждою нотку вкуса. — Я вынужден вновь акцентировать внимание на его недостатках, с которыми ты, как отец, просто обязан поработать.
— Изволь. Вряд ли ты скажешь что-то новое. А Драко слишком упёрт и труслив. Как только дело пахнет наказанием, он сразу же делает вид, что урок усвоил.
— А ты покупаешься на это.
— И я, и Нарцисса. Каждый раз мы думаем, что теперь-то Драко всё сделает правильно. А в результате?
— Как говаривал Антонин: «Никогда такого не было, и вот опять», — Северус прикрыл ухмылку бокалом.
— Именно, — так же поступил и Люциус. — Так что там с его отрицательными качествами? И не ввязался ли он в очередную авантюру?
— Как всегда упёрт, непоследователен, поступки его глупы и недальновидны, а попытки интриг не то что на пару шагов вперёд не продуманы — отводят назад.
— Предсказуемо, — кивнул Люциус. — Я подумаю о воспитательных мероприятиях на рождественских каникулах. Какие-то новые конфликты?
— Ты даже не сомневаешься в способностях Драко эти конфликты найти?
— Его несдержанность однажды сыграет с ним злую шутку. Я хочу, чтобы этот урок случился в Хогвартсе, под присмотром мадам Помфри и в относительной безопасности.
— Хм… — Северус сделал очередной глоток, поудобнее устроившись в кресле. — Новый ученик, третьекурсник, брат Гермионы Грейнджер.
— Да, помню. Ты, кажется, упоминал несколько раз о больном мальчике, что лежал в больничном крыле Хогвартса.
— Драко умудрился создать с ним конфликт в первый же день. Конфликт с хаффом, Люциус. Братом подруги Мальчика-Который-Выжил. В ответ этот мальчишка очень колко высмеял твоего сына. Драко это не понравилось, и он решил подловить его и проучить.
— Судя по твоему тону, ничего не получилось. Но, зная тебя, ты наверняка выставил мальчишку виноватым, так?
— Процедура отработана годами практики, Люциус. Так делал Слизнорт, так делал я, и делать собираюсь. Но этот мальчишка всех обвёл вокруг пальца.
В глазах Люциуса появилась искорка интереса, и даже ухмылка на лице выдавала эту заинтересованность.
— Продолжай, — кивнул блондин.
— Каким-то магическим трюком он вынудил Драко и его товарищей считать, что вместо товарищей их атакует этот Гектор и его однокурсник. Люциус, они попросту перебили друг друга, искренне веря, что колдуют в Грейнджера. Более того, во время происходящего этот мальчишка действовал так, что смог честно сказать, что ни к чему не причастен. Честно умалчивая. Чист. Вообще. И даже палочка.
— И ты не догадался?
— Догадался, но не сразу. Было уже поздно что-то менять. Кстати, хотел у тебя спросить. Не ты ли посоветовал Драко получить травму, чтобы не играть в квиддич, пока у школы дементоры?
