Мертвые замышляют что-то темное, что грядет в ближайшие дни. Тучи сгущаются над столицей и Олегу придётся с этим разбираться. Искать способы, как помешать заклятому врагу.
Марк Михайлович, тяжело дыша, поднялся по лестнице и прошёл в кабинет. Здоровье мужчины оставляло желать лучшего, простая нагрузка заставила сердце биться чаще, воздуха с трудом хватало.
Достав платок, Марк Михайлович утёр лоб, перед тем как войти.
В кабинете его уже ждал покровитель.
— Марк, проходи, — позвал тот. — Хочешь выпить? Хотя выглядишь не очень, — сказал он добродушно. — Может, воды?
— Не откажусь.
Марк Михайлович по привычке огляделся, отмечая разные детали, и уселся в кресло напротив рабочего стола. Хозяин кабинета же налил из графина воды и протянул стакан.
— Спасибо, — сказал Марк Михайлович.
Здание, где они встретились, находилось «почти в центре». В пределах первого кольца, в дорогом районе. Марк Михайлович подозревал, что это четырёхэтажное здание принадлежало целиком покровителю. Кто он такой, мужчина точно не знал. Представился покровитель как Лев Кириллович, фамилию не называл. То, что он аристократ, богат и влиятелен, было понятно, но из какого рода — выяснить так и не удалось.
Вместе их свела трагедия. Внучка Марка Михайловича была похищена. Как выяснилось, мерзкой тварью. Которую мужчина смог найти, но ребёнка не спас. Случилось это три года назад, дело было громкое, пострадали и другие дети… В общем, тогда Лев Кириллович сам нашёл Марка Михайловича, рассказал о невидимой стороне жизни, предложил союз и поддержку. С тех пор мужчина стал собирать информацию и команду.
— Тебе бы к целителю, — заметил Лев Кириллович.
— Я это уже слышал, — ответил задумчиво мужчина. — Есть какая-то информация?
— Сразу к делу? — улыбнулся хозяин кабинета.
Марк Михайлович равнодушно окинул взглядом его пухлую фигуру, выразительные щеки, блестящую лысину, элегантную щетину с сединой, дорогой, но удобный костюм.
— Не люблю тянуть, — ответил Марк Михайлович.
— Как обычно, — улыбнулся Лев Кириллович. — Что ж, у меня есть кое-что. Имеется вероятность, что твари готовят что-то масштабное после турнира фехтовальщиков.
— Что именно?
— Этого я не выяснил. Но, если вы наметили цели, есть смысл нанести удар.
— С целями пока сложно, — покачал головой Марк Михайлович. — Намётки есть, но… Мне нужно больше информации, — посмотрел он требовательно на Льва Кирилловича.
— Я постараюсь разузнать. Вы тоже поищите, куда будет нанесён удар.
Марк Михайлович не стал скрывать разочарования. Он хотел услышать что-нибудь более конкретное.
— Что с новыми членами команды? — спросил хозяин кабинета.
— А что с ними? Мы едва справляемся, — скривился Марк Михайлович. — В последний раз так и вовсе едва ушли живыми. До сих пор раны зализываем.
— Прискорбно. Есть ещё кто-то на примете?
— Пока нет. Приходится действовать аккуратно, сами понимаете.
— Понимаю. Не буду тогда тебя задерживать.
Марк Михайлович поднялся, попрощался и ушёл. Уже идя по улице, он коснулся пальцами серебряного кольца, которое ощутимо нагрелось.
Ночь в гостинице прошла спокойно, никто к нам не ломился, не пытался убить. Демьян наутро предстал с синяками под глазами, весь какой-то помятый и не выспавшийся. Сам ко мне в номер пришёл.
— Кошмары мучали? — любезно спросил я.
— Издеваешься? — с обидой спросил он. — Я после такого импотентом стану.
— Просто нужно держать свои порывы в штанах, — ехидно улыбнулся я.
— Почему?
— Потому, — хмыкнул я.
— Не, серьёзно, почему? В этом есть какой-то сакральный смысл?
— Есть, — ответил я. — На то аж целых две причины. Первая, целители — это приоритетная цель.
— Для кого? — нервно спросил парень.
Комнаты у нас разные, убранство в них предельно скромное. Даже стула нет. Поэтому парень разместил свой зад на подоконнике. Тот для этого был вполне удобным и подходящим. Хотя само окно узкое, но глубокое. В эту нишу Демьян и уместился.
— Для таких, как твоя вчерашняя знакомая. И давай не будем говорить лишнее вслух. Вдруг у стен есть уши? Ты умный парень, делай выводы.
— А вторая причина? — передёрнул он плечами.
— Вторая относится к общему психологическому и эмоциональному состоянию. Любые пороки влияют на чистоту Масла.
— Так и что, нужно отказаться… — покрутил он рукой, — совсем от всего?
— Нет. От всего не надо, — улыбнулся я. — Но тут есть несколько важных моментов. Во-первых, зависимости. Если ты себе позволяешь иногда расслабиться, в этом нет ничего такого. Ключевое слово — иногда.
— А как определить, когда перебор, а когда нет? — с предельно серьёзным видом спросил Демьян.
— И это у меня спрашивает целитель? — хмыкнул я. — Всё — яд. Зависит от дозы.
— Не понимаю, — насупился он.
— Ну что ты как маленький. Если каждый день выпить хочешь — это алкоголизм. Если постоянно о сексе думаешь — значит, страсть сильнее тебя. Ещё примеры нужны?
— То есть пить можно, но не каждый день?
— Демьян, — потёр я себе переносицу. — Будь добр, не пытайся свести сложный вопрос к простым концепциям и рецептам. Любой порок — это и способ тебя подловить. Тебе ли об этом не знать. Уж что что, а влипать в неприятности ты мастак. Причём обрати внимание, как раз из-за своих пороков. Гордыни, жадности, похоти.
— Ну, спасибо, — насупился парень.
