— Правда. Я ей жизнь спас… почти. Потом она мне, в некотором смысле.
— Расскажешь? Я ей завидую, мне никто жизнь не спасал.
— Может и расскажу. Не завидуй, лучше, когда не нужно спасать. Если хочешь, будем дружить, хотя ты скоро уедешь учиться.
— Хочу. У меня друзей — парней никогда не было. Будем письма писать. Ты не злишься, что я на проходной тебя целовала?
— Целуй, пусть завидуют. Можешь даже в губы, только папе сама объяснять будешь.
Она так и сделала! Повисла на шее и на глазах обалдевших дежурных по КПП прилипла к губам. Целоваться она всё-таки научилась с кем-то.
На следующий день прямо из столовой меня посыльным вызвали в штаб. Начальник штаба даёт пропуск на КПП.
— Идешь в госпиталь, спрашиваешь, где найти подполковника Зырянова. Ты в его распоряжении пока не отпустит. На обед в часть.
Оперативно вопросы решаются. Армия как-никак. Бреду не спеша через городок к госпиталю. Весна, деревья зеленеют, птички поют. Бабу бы… Блин, о чём это я? Ах, да, вот и ворота госпиталя. Водитель скорой показал, куда идти к начмеду. Возле кабинета движение, медсестры, офицеры, заходят — выходят. Никак бедному солдату не пробиться. Наконец закрепился у дверного косяка с намерением никому не уступать независимо от звания. Принес черт капитана, пытается отпихнуть меня.
— Боец! Что здесь делаешь? Почему без сопровождающего? — нашел он способ зайти без очереди.
— Рядовой Колесов! Прибыл к подполковнику Зырянову по распоряжению командира соединения — ору во всю глотку, в конце коридора даже оглядываются. Капитан опешил, даже чуть попятился.
— Чего орёшь? Нормально сказать не можешь?
Ответить не успел, двери открылись я пронырнул в кабинет. Представился, подполковник в халате, наброшенном на форму, сидит за столом.
— Колесов? Мне командир приказал проверить, что ты умеешь. Время чтобы не терять, говори, что проверять будем?
— Давайте любых больных, а я буду говорить, могу вылечить или нет.
— Любых больных? Подожди, это ты трахею ручкой пробил?
— Я.
— Остальных тоже так лечить будешь? Вдруг что, с меня спросят, не с тебя.
— Товарищ подполковник, не бойтесь. Увидите — убедитесь.
Тот покрутил головой, но ничего не сказал. Снял с вешалки халат, протянул мне. Вышли из кабинета, на улицу, перешли через дорогу в другое здание.
— Маша, истории болезни бери и с нами — на ходу кинул медсестре.
Заходим в палату, лежит двое, видимо офицеры. Молодые, лет по 25. Подполковник приглашающе указывает мне рукой, давай типа.
— Студент-практикант осмотрит вас.
Подхожу ближе к первому. Прошу лечь, так удобнее смотреть. Судя по виду что-то простудное. Действительно, диагноз несложный. Лечение тоже. Оборачиваюсь к начмеду.
— Острый бронхит. Могу убрать полностью за полчаса. Лечить или сами?
— Пока не надо, второго давай.
Со вторым чуть задержался с ответом. Было видно, что лечение заканчивается и лечили легкие, но нужно было точный диагноз. Воспаление? Был заметен след от трубки, откачивали жидкость. Хотя… ребро не полностью срослось, был удар, ушиб.
— Не совсем уверен, похоже на травматический пневмоторакс. Лечение не требуется.
Теперь уже удивление на лице врача. Ничего не говорит, идем в следующую палату. Тут четверо солдат. Та же фраза о студенте. Одного солдата знаю, с нашего призыва.
С первым было легко.
— Следы операции. Устранение искривления носовой перегородки. Успешно. Могу ускорить заживление, немного.
Два других гайморит. С четвёртым затянулось, видимых болезней не нашел, следов излеченных тоже. Или хорошо вылечили или симулирует. Кровь нормальная. Выношу вердикт.
— Практически здоров.
— Уверен? Тогда дальше — не спорит врач. Но как-то недобро глянул на воина, тот даже поёжился. Видимо тоже подозревали в симуляции.
Прошли еще две палаты, тоже в основном простудные болезни. Все определил. Сам разочарованный, для меня нет работы. Но врач задумчивый, смотрит уже с опаской на меня.
— Давай что-то другое посмотришь — загадочно говорит он.
В другом корпусе очередь в кабинет. Написано «Гинеколог» Заходим. Подполковник отводит женщину-врача в сторону, шепчется с ней. Вернувшись, приглашают войти больного. Точнее больную. Точнее…, короче, баба зашла беременная. Усадили на стул, приглашают меня.
— Что можешь сказать?
Срок уже большой, месяцев восемь не меньше. По крайней мере, у ребенка всё сформировано. Изучал долго, не только маму, а и ребенка.
— Могу сказать, что это женщина и она беременна — врачи заулыбались, как будто я щучу. — Срок ориентировочно месяцев 8, мальчик, патологии плода не обнаружил. Размещение головкой вниз. У пациентки узкий таз, но кесарево не обязательно, ребенок не крупный. У меня всё.
Немного помолчали. Потом подполковник заглянул в медкарту женщины. И вышел из кабинета, я за ним.
— Товарищ подполковник! А серьезных больных нет?
— Есть. Позавчера с Челябинска привезли жену майора Телицина. Рак желудка, операцию делать поздно. Лежит дома ждет смерти.
— Пошли?
— Зачем? Ты что волшебник? Она на наркотиках, пару недель протянет и всё.
— У Вас какой приказ? Проверить всё. Показывайте, где живет.
