— Эй, а хер ли ты спрашиваешь?! Может она хочет мне рассказать? Ну-ка, девчуля, давай отойдем в сторонку…
Бандиты резко вскакивали, оглядывая друг друга подозрительным взглядом, после чего кидались к резко севшей на землю незнакомке.
«Отказали ноги», — мысленно отметил Стас, скрывшись за ближайшим домом и приготовив ножи. Чуть в стороне растянулась Левиафан, приготовившаяся к рывку.
— Куда намылились, уроды?! — когда вокруг упавшей девушки собралось уже больше половины бандитов, к ним, расталкивая всех вокруг, принялся пробиваться главарь этой шайки. — Совсем мозги растеряли?! А ну расходитесь, кому сказал или я ваши копья засуну в ваши задницы так глубоко, что вы ими сможете почесать себе зубы!
Вот только слова главаря наоборот лишь вызвали глухие недовольные шепотки.
Да, бандиты увеличили кольцо вокруг девушки, но не разошлись. Они определенно не доверяли судьбу золота одному лишь главарю.
Именно этот момент и выбрали Эиджи и Мэй чтобы атаковать.
Кроме того, чтобы бегать от мастера Джуна по лесам, они старательно учили каждый свою новую технику, которыми с ними поделился сенсей.
Их командира здорово разозлило отсутствие у их команды смертельных дальнобойных способностей, поэтому Мэй была выдана техника земли, а Эиджи получил водную технику.
И сейчас молодые воители во всей красе показали, чему они научились.
Одна из особенностей стихийных техник это возможность вкладывания в них большего заряда праны, чем необходимо. В таких случаях мощность техники возрастала, хоть она все еще оставалась слабее своих более высоких по классу собратьев.
Прямо сейчас Мэй и Эиджи вложили в свои удары как бы не четверть всей имеющейся у них праны.
— Техника воды! Малый водяной смерч!
Из рук парня в сторону врагов рванул водяной торнадо, чье тонкое основание начиналось у него в ладонях и расширялось в сторону врагов.
Стоило техники покинуть своего хозяина, как она на всей скорости понеслась в застывшим от ужаса дезертирам.
Воронка с шумом начала втягивать в себя первые жертвы, после чего, хорошенько их раскрутив, попутно перекручивая внутри себя, с силой бросать их в разные стороны.
Несложно было представить, во что превратится человеческое тело, если его на скорости двадцать тридцать километров в час с размаху бросить в землю, стены или даже на десяток метров вверх.
Техника же, словно мифический червь, продолжала выполнять роль пылесоса, захватывая не только людей, но еще и землю вокруг, роя самые настоящие ямы.
С другой же стороны, в разрозненную и пытающуюся сбежать кучу малу из человеческих тел ударила уже мэй.
— Техника земли! Каменные пули! — Из вздыбившейся кочки из-под ног девушки вылетели десятки чудовищно разогнанных и укрепленных праной камней, похожих на гальку, которые, мгновенно преодолев небольшое расстояние, вонзались в голую плоть.
Конечно, их энергии не хватало, чтобы, как реальным пулям глубоко проникать в тела, но вот зато массы было вдоволь достаточно, чтобы великолепно ломать кости, крушить деревянные доспехи и разбивать конечности в труху.
Несмотря на удачность попадания, их техники смогли убить или вывести из строя не больше полутора — двух десятков человек. Оставшиеся полтора десятка самых бронированных или ловких все еще представляли опасность.
— Они вон там! Стройтесь! Ударим все разом! — надрывался, собирая из своих людей отряд, главарь, который сумел пережить удар техниками. — Мы… Ай!
Главный дезертир дернулся, когда какой-то пролетевший мимо нож оцарапал его лицо. Мужчина успел только приложить руку к немеющему порезу, как мир завертелся, и он рухнул на землю, пуская ртом и носом пену.
Еще пара ножей успел воткнуться в случайных бойцов, неся в себе смертоносную дозу яда.
Хоть Стас пока и не обладал разрушительными техниками, он потратил много времени на отработку бросков, чтобы приносить свою пользу.
Смерть предводителя окончательно разрушила и так неважный боевой дух оставшихся дезертиров.
Некоторые из них решили, что своя шкура ближе к телу, и пора сваливать.
Вот только у воителей было на этот счет другое мнение.
Ордынцев без всякой жалости ударил копьем, нанизывая бегущего к нему человек. Усиление праной и царапающий ногтями древко почти мертвец отлетает в сторону, соскальзывая с поднятого копья.
Спешащий следом второй боец пытается остановиться, что-то крича, но Стас его не слушает.
Ему не интересны слова покойника.
Деревянный доспех, треснувший от попадания одной из каменных пуль, не сумел выдержать острие копья.
В этот раз из-за доспеха Стасу пришлось наступить на грудь трупу, чтобы все-таки вытащить застрявшее копье. Попытки стряхнуть труп так, ничего не дали.
Третий нападающий даже не пытался заговорить, сходу атаковав. Он также, как и Стас был вооружен копьем и даже умел им пользоваться.
Но его проблема была в том, что Ордынцев не собирался играть с ним по его правилам.
Копье землянина отводит копье противника в сторону и в ту же секунду, получившая команду, Левиафан, вгрызается открывшемуся врагу в шею, напрочь перекусывая позвоночник.
Стас глубоко вздыхает и оглядывает поле боя.
