Поморщившись незаметно, я подала братцу руку, и Патрик приложился смачным поцелуем. Щекотно. Кто бы надоумил его сбрить это недоразумение под носом. Его маменька, то бишь тетушка, глядела на эту сцену с нескрываемым умилением.
— Так вот, Лизетт, — продолжила она затеянный до моего появления разговор. — Мало ли какая беда подстережет девицу в поздний час на рынке! Даже и двух девиц!
Да уж, вздрогнула я, вспомнив вчерашнее происшествие. Лучше маме не знать, кого можно встретить на портовых улицах вечером двум девушкам с набитыми кошелями.
— Катрина девушка взрослая, — вещала тетушка, — приданое у нее дай милосердный Аэд каждому. Не след такую выпускать на улицы ночами, да держать в людской лавке, где всякий голодранец глядит, да на ус мотает как соблазнить и завладеть богатством.
— Ну, не так уж она и богата! — рассмеялась мама. — Кати зарабатывает сама, как и я с юности. А семейным счетом так просто не завладеть, Матильда, не переживай. Приданым мы раскидываться не станем.
Мама не очень любит вспоминать тяжелые годы, когда мой дедушка, ее отец, умер и ей с совсем крошечным ребенком на руках пришлось перебираться в город и искать себе место в жизни. Да, она нашла его, и поднялась с тех пор очень высоко. Кормить себя не будет необходимости ни мне, ни моим детям, ни моим внукам, особенно если они не станут трогать основного капитала, помещенного мамой в Императорский банк. Но и сейчас она работала каждый день, возглавляя штат фабрики Кейлов, лично посещала самых знатных клиентов, а иной раз, по большим праздникам, даже вставала поторговать в лавку, «вспомнить молодость», как она сама это называла.
Потрясающие палантины ручной работы, которые никто из конкурентов не мог повторить, не выходили из моды уже лет двадцать. С бесконечной фантазией мама придумывала все новые и новые узоры, и ежегодно на сезонных балах-маскарадах весь Лианар рукоплескал чудесным палантинам, выпущенным фабрикой вязаных изделий Лизетт Кейл.
Мама подумывала расширяться и отправить представителя фабрики со своими изделиями на торговом корабле в Вернас, столицу Озерного края и всего государства Аэдонии. А может быть, когда-то даже перенести туда часть производства, ведь для самых дорогих товаров требуется пух специальной породы горных коз, живущих только в дальних деревнях Озерного края.
Задумавшись, я не услышала, что меня окликают.
— Кати, ответь же, — настойчиво повторила тетушка Матильда. — Ты готова к весеннему балу в графском дворце? Это ведь будет твой первый бал! Зря ты, конечно, пропустила год, ну да что уж теперь.
— Да, тетушка, готова, — изобразила я покорность судьбе, опустив глаза. — Всю жизнь мечтала попасть на это волшебное событие.
— Ну разумеется, — одобрительно заметила тетка. — Все девушки мечтают. Может и встретишь там своего суженого, а? Патрик тоже обязательно пойдет. В какой ты будешь маске, чтобы вы друг друга узнали?
— Эээ… в зеленой, — выпалила я, мысленно ставя себе зарубку ни в коем случае не надевать ни зеленых масок, ни салатовых, ни изумрудных, ни даже бирюзовых, на всякий случай. Мало ли, Патрик плохо различает оттенки, я слышала, так бывает.
— И смотри, Катрина, — тетушка наклонилась ко мне поближе и зловеще сверкнула глазками. — Заканчивай эти ночные похождения и свою возню с травой! Кто узнает, замуж не возьмут!
Я как всегда не могу промолчать, мне хочется и защитить свое дело, и объясниться, чтобы тетя хоть немного встала на мою сторону.
— Но почему не возьмут, тетушка? Ведь знания хорошего целителя и в замужестве могут пригодиться! Вот представьте, что будет, если заболеют мои детки, или муж?
— Ничего особенного не будет! Возьмешь да пошлешь за настоящим врачом, эльфом! — фыркнула тетушка Матильда. — Он-то уж получше справится, чем ты, своими травками.
Я прикусила язык. Не буду отвечать, не буду, хотя обидно, кажется аж слезы сейчас брызнут.
— Пойдемте в сад, прогуляемся перед обедом, — спасла меня мама. — А Катрине нужно собираться в город, скоро бал, а она еще не заказала платье.
— Конечно-конечно, — закивала тетушка. — Платье для девушки — это святое!
Я молча поклонилась и, подхватив юбки, шустро помчалась вниз.
Кухня ненадолго задержала мое внимание — слишком уж волшебные запахи оттуда доносились. Под добродушное ворчание нашей кухарки Лады я ухватила пару только что выпеченных пирожков с собой, и ворвалась, наконец, в свою тайную обитель — уютную комнатушку в подвале, оборудованную мной под лабораторию целителя.
Свернувшись калачиком в старом любимом кресле, окутанная запахом зелий, трав и сдобных пирожков, я жевала и мрачно размышляла о будущем.
