Ингварр, явно ждал подобного ответа, это ясно, но, когда лишают даже проблеска надежды, любой будет сломлен. И когда в песне прозвучали слова про забыться, Янника посмотрела на него таким взглядом, что сердце даже у меня вздрогнуло. В глазах у неё и подружек заблестели слезы, проникнувшихся моментом и словами исполняемой ими песни. Ингварр же остолбенел, от лица отхлынула вся краска, делая похожим его на восковую маску. Все местные жители были явно в курсе происходящего, потому что ни у кого удивлённого лица я не заметила. Зато игроки даже не думали скрывать своё замешательство и чувства, вызванные неожиданным выступлением, и громко обсуждали увиденное начиная от внешности певиц и заканчивая нескладностью песни. Песня и правда выглядела, кое-как слепленной на скорую руку. Как будто отказ, даже не потрудились облечь в более приличную форму. Хотя, если чувства Янники и правда глубже чем мне казалось раньше, то вряд ли ей сейчас до красивых стихов, чудо что вообще смогла что-то спеть. Даже последнее слово Янники ей не дали сказать ему лично.
Я поморщилась, ощущая глухое раздражение, поскольку меня убивала неправильность всего происходящего! К чему эта драма?! Если он тебе нравится, иди и бери его! Чёртово средневековье! Не так должен был закончится этот квест. Не так! И пусть задания мне никто не давал, я почему-то чувствовала ответственность за сложившуюся ситуацию, и что, где-то я что-то упустила.
Посмотрела на Ингварра, он так и стоял столбом, словно оглушённый, не замечая насмешек игроков, полностью погруженный в себя. Это меня разозлило, я подхватила его за руку, и потащила его к выходу. Он не оказывал сопротивления, став словно послушная кукла. Не придумав ничего лучше, повела его к Варваре. Поглядывая в его белое, без кровинки лицо, не могла отделаться от мысли, что, если бы меня мужчина, даже в половину меньше любил, так же как Яннику Ингварр, я бы от такого человека, даже под страхом смертной казни не ушла, и гори оно все синим пламенем!
Прозорливая Варвара, как оказалась, не спала, и привычно несла вахту на крыльце своего дома, не смотря на поздний час.
— Да ты никак, северянина ко мне на порог ведёшь! — с ходу возмутилась она. — Совсем сдурела? Что ты вечно в дом всякое таскаешь?!
— Баб Варь, да что ж мне его там бросать на потеху толпе? Не по-человечески это…
— Ну, понятно. Что с тебя взять? Не от мира сего, — махнула на меня рукой бабка, и перевела свой проницательный взгляд на Ингварра, и утешила его на свой манер: — Что ж ты так, соколик, убиваешься, по девке-то глупой? Не страдают так мужики по бабам, так что и ты не начинай! Другую найдёшь, может ещё и получше.
Ингварр поднял глаза на Варвару, взгляд слегка безумный и пришибленный:
— Другую? — тут же перевёл вопросительный взгляд на меня, я тут же отпрыгнула от него с воплем:
— Это не я! Я тут не причём! — а то знаю я этих местных, чуть зазеваешься уже в кусты тянут, магия очарования тут работает на сто процентов.
Он тряхнул головой словно отгоняя наваждение, и я тут словно увидела возможное продолжение этого квеста, и повторила движение северянина. Нафиг, нафиг, я женой лесоруба становится не хочу. И вообще! Что квесты такие?! Все так и норовят, на ровном месте в жены запрячь. Вот и помогай после этого людям.
— Нет, я не о том… — он снова затряс головой, пытаясь привести мысли порядок.
Как не о том?! Я-то, о том! Обидно! Вроде и сама ничего такого не хотела, но почему-то обидно, что он тоже ничего такого не хотел. Никто меня не любит!!!
— Амадея, ты уж и так в этом деле увязла. Прошу тебя, пойди до Янники, и попроси у неё мои письма, что писал. Ей они теперь ни к чему, а мне они важны, поскольку там сердце вписано моё, не хочу его здесь оставлять… Хочу оставить воспоминания себе о том, как когда-то был счастлив… — он резко сел на ступень крыльца и спрятал лицо в ладонях.
Мы с Варварой переглянулись, и изобразили пантомиму, я спросила одними губами, что мне делать, на что бабулька сделала кислое лицо, пожала плечами и ответила знаками мне, что делать нечего, придётся идти. Я тяжело вздохнула и поплелась к дому Янники.
Уже стоя у двери в домдевушки, я поняла, что время для визита выбрано очень неудачно, и вряд ли тут меня ожидает тёплый приём. За дверью слышался громкий девичий рёв, а ещё и звук бьющейся посуды. Не уж то тихоня Янника разбушевалась?
Помедлив на пороге и набравшись храбрости, я громко постучала в дверь. Как по волшебству за дверью всё стихло, потом послышался басовитый голос хозяина:
— Входите уж, коли не шутите…
Дверь скрипнула, и я вошла в горницу. Все притихшее семейство сидело по лавкам, кроме Янники, её в комнате не было. Ирэшка, мать Янники, не глядя на меня, споро заметала осколки какого-то кувшина с пола. Да уж, неудобно получилось…
— Зачем пришла? Тебе здесь не рады… — нахмурился Егор.
— По делу, — перебила я его. — Мне нужны письма Ингварра.
Егор нахмурился пуще прежнего, и отвёл глаза в сторону и пробубнил:
— Нету их у меня, все сжёг…
