— О, да. Уж я-то понимаю! — воскликнул он. — Тета перекроют движение по Тропе и отрежут Хефе Примо от остальных миров Империи. А потом спокойно завоюют каждый по отдельности. С их техникой и запрещенным оружием это будет нетрудно.
— Данна! А как же маги? В прошлую войну они смогли противостоять Тета.
— Тогда был взаимовыгодный союз. Сиды открыли путь мимо Тропы, вероятностные маги изменили течение событий в нашу пользу, а храмовые воины и Рыцари Света из Илонии довершили остальное. Сейчас такого не будет.
Как странно знать, что он был очевидцем тех давних событий! Он явно знал, о чем говорит. По отдельности миры слабы и падут, сдаваясь на милость техногенного мира.
— Не будет? Почему? Что мешает снова собраться и дать отпор Тета?
— В Империи и Илонии время течет иначе. Люди уже все забыли, и почти не осталось очевидцев тех событий. Империя погрязла в бюрократии, а Илония теперь под пятой Церкви Света и вряд ли вступит в союз с магами и иными расами, — ответил сид.
«В общем, все неутешительно, Твиг», — призналась я самой себе. Ну а если Ламара не будет захвачена, и Тропу не перекроют? Тогда стоит ждать помощи из столицы.
— А что, если есть шанс все изменить? Данна, вы вернете меня в Ламару? — снова спросила я.
Я открылась ему, целиком и полностью. Я же не требую спасти мир! Просто не мешать мне сделать это.
— И тебя не волнует, что тебя обвиняли в заговоре? Что ты сделаешь, когда вернешься обратно? — спросил он.
Какая «забота» с его стороны. Еще пусть скажет, что спасает меня, не выпуская отсюда.
— Придумаю что-нибудь. Обращусь к рыцарям Храма Янтрэ. Попробую уладить дело через господина Фьона или Наместника, — ответила я. — Сделаю все, что в моих силах, и даже больше.
— Привыкла всегда полагаться на себя?
Он по-настоящему злился, и это было заметно не только по голосу, но и по тому, как крепко он стиснул кулаки.
Да, я привыкла. Человек ко всему привыкает, и довольно быстро. Привыкает, или ломается под давлением обстоятельств. За десять лет я стала очень самодостаточной.
— А вы бы помогли мне? — наконец спросила я, поскольку он ждал ответа.
— Это безнадежно, — бросил он. — Хорошо. Я провожу тебя в Ламару. А там делай, что хочешь.
Ох, что я творю! А все мой глупый язык. Испытывать его терпение снова и снова. Теперь он по-настоящему разозлился, и я его понимала. Я причинила ему боль. И, несмотря на это, он шел мне на уступки.
«Спасибо, спасибо!»
— Спасибо, данна, — сказала я вслух то, что не должна была говорить.
Я в долгу перед ним, и пусть он это знает. Может, это и глупо, но… Всего один шаг, чтобы обнять его. И поцелуй, растопивший его ледяное высокомерие. Я умею быть благодарной. Или в этом было что-то еще?
«Я хочу вас. Я люблю вас». Этого я не стала говорить вслух.
«Простите». Пусть эти мысли так и останутся невысказанными.
— Не боишься, что я захочу проверить, насколько велика твоя благодарность? — спросил сид, перебирая мои волосы и вытаскивая шпильки, одну за другой.
— Не боюсь, — ответила я.
— Почему?
— Я вам доверяю.
Истинная правда, это так. Что бы ни случилось, я ему доверяла. Сомневалась, металась, но приходила всегда к одному и тому же. Это чувство рождалось откуда-то изнутри, из самой Искры, и было неподвластно голосу разума.
Сидам нельзя доверять? Значит, мой сид — особенный. И он не причинит мне вреда.
Я верила в это.
Сборы были недолгими. Рейвен дождался, когда я умоюсь поправлю прическу, снова подхватил меня на руки и шагнул в портал.
Мы снова вернулись в Ламару. Просто возникли из ничего около гостиницы Джоба и напугали случайных прохожих, а потом пошли внутрь, где сид снял номер.
— Я сейчас уйду. Приду поздно. Отдыхай. Поешь и поспи. Торопиться уже не нужно. Завтра займемся спасением мира, — улыбнулся он и потянул за шнурок, чтобы по звонку пришла служанка.
Я была послушной, слабой и инертной, что только на пользу нашим отношениям. Иногда женщине полезно помолчать.
После ухода мужчины я отдалась в умелые руки служанки. Меня до скрипа отмыли, забрали одежду в чистку и принесли отутюженную ночную сорочку, а постель застелили чистым бельем и нагрели медными грелками, пока я ела.
Интересно… На улице царил обжигающий холод и лежали остатки снега. Думаю, улицы регулярно расчищали, а снег вывозили за город. Судя по погоде, зима и не думала отступать.
— А который сейчас день? — поинтересовалась я у служанки.
— Десятый день весны, госпожа.
— Силы! Это весна? — удивилась я.
Дородная светловолосая служанка расхохоталась и вытерла руки передником.
— Сразу видно, что вы не местная. Ой, извините покорно, любезная госпожа, — сказала она. — Просто весна-то по календарю, но наступит она не раньше чем через три седмицы. Климат здесь суровый.
— А, понятно. Спасибо, уважаемая…
— Баниль из Ламары, любезная госпожа, — представилась она. — Кровать нагрелась, — сказала она, забирая грелки. — Зовите, если чего-то изволите ночью. Ночной горшок под кроватью, слив в ванной.
Она ушла, а я так и уснула, не дожевав, с куском хлеба в руке.
