Меня поприветствовали, а потом познакомили с северянином. Он оказался студентом, который учился по гранту Гильдии. Будущий вероятностный маг. Хельги, сын Хеди Хитрого! Даже я была наслышана о нем благодаря мужу.
— Ты изменяешь вероятности? — спросила я.
— Немного. Я будущий Счетчик. Отец решил, что будет нелишним иметь такого на драккаре за спиной, — сказал в ответ Хельги.
Его отца могли считать трусливым. Хеди Хитрый — таково было его прозвище, но трусом никто бы не решил его назвать, не испробовав, насколько остер его клинок.
Божеством этого студента был Сиахэ — Ветер, которому поклонялись будущие счетчики и погодники, а также достаточно редкие маги Хаоса.
Выпускниги Сиахэ, как правило, учились по грантам Гильдии. Им не нужно было ждать и копить деньги на обучение.
На факультете Сиазэ, вследствие этого, обучалось достаточно много молодежи, — все будущие маги погодники, счетчики, манипулирующие вероятностями, и боевые маги Хаоса. Но Хельги оказался довольно старым для обучения, уже за тридцать.
— Как это случилось? — спросила я на северном наречии, полагая, что ему будет приятнее общаться на родном языке. — Ты ведь уже не молод. Обычно дар открывается в пору взросления.
Он немного натянуто улыбнулся.
— Жил как все. Потом сочинил нид. Люди заметили, что он сбылся. До этого и висы сбывались, но это добрая волшба, и ничего удивительного в том нет, — ответил он. — На тинге решали, что со мной делать. Подозревали злое колдовство, но порчи не нашли. Судить не стали, а отправили учиться. Отец заплатил виру за ущерб, и денег на обучение не было, так что я подписал контракт с Гильдией. И вот я здесь. А откуда ты так хорошо знаешь наш язык? — в свою очередь, поинтересовался он уже на всеобщем.
— Мой муж был северянином, — сама не ожидая, ответила я. Сначала я хотела воспользоваться какой-нибудь отговоркой, но неведомая сила заставила меня сказать правду.
— Ты была замужем? — пропищала Флори, которая до этого молчала. — А где он сейчас? Почему ты не носишь брачный браслет? От тебя отослал? — посыпались бестактные вопросы, как из рога изобилия. Круглые щеки девушки зарумянились, а глаза горели от предвкушения свежей сплетни.
Я проигнорировала эту особу, как пустое место. Что бы я ни сказала, уверена, к концу недели все, кто не сможет избежать общения с глупой студенткой, будут в курсе того, что меня якобы отослал муж. А за какие грехи, остается только гадать.
— Вот как? Интересно. А кем он… был? — спросила Ингибьорг, которая точно так же сделала вид, что не слышала вопросов Флори. Северянка определенно поняла, почему я говорю о муже в прошедшем времени.
— Эйвинд Северянин.
Я с удивлением увидела, как удивленно округляется рот обычно невозмутимой девушки.
— Эйвинд Секира? Из Рэнса?
— Вот уж чего не знаю. Такого прозвища я не слышала, — сказала я. — Давайте лучше поедим. Каштаны стынут, — сменила я тему.
Я достала из сумки начатую бутылку вина и предложила выпить. Кольр сбегал в свою комнату и принес разномастные чашки и кружки.
Ингибьорг налила немного, вдумчиво пригубила и одобрительно прищелкнула языком. Кольр пил так же неразборчиво, как многие южане, с детства имеющие доступ к разнообразным винам. Говорят, у них даже детям наливают разбавленное водой вино. Хельги тоже не отказался. Флори я даже не предлагала. Переводить редкие вина на нее… Ну уж нет.
— А как же я?..
— А тебе еще рано, ты маленькая! — отрезал Кольр.
— О! Это же веритас! — сказала Ингибьорг, изучив бутылку, и аккуратно прикрыла бутылку пробкой. — Отец рассказывал, его подают на переговорах, чтобы они были более успешными.
— Тогда ей точно нельзя наливать! — засмеялся Кольр. — Иначе Флори будет не заткнуть.
Пока мы грызли крахмалистые сладковатые плоды, пахнущие дымом, Хельги достал стеклянный запечатанный фиал, в котором находилось что-то темное, шуршащее по стенкам.
— Что это? — заинтересовалась я.
— Мое домашнее задание.
— И в чем оно заключается? — захотела узнать я. На меня это непохоже. Обычно, как бы ни сильно было любопытство, я стараюсь сдерживаться с незнакомыми людьми.
— Внутри — промасленный рыбий пузырь, не совсем полный воздухом. А теперь смотри! — протянул он мне фиал, чтобы было лучше видно.
Флори перестала обиженно сопеть и тоже придвинулась поближе.
Я увидела, как на секунду пузырь раздулся до предела, а затем опал. Колебания Силы, исходящие от мага, были довольно заметны. Внутри сосуда Сила упорядочивалась, а снаружи, в качестве баланса, теряла структуру. В виде отдачи от действий мага усиливались хаотические проявления.
Как странно встретить проявление силы Двуликой у мага, далекого как от целительства, так и от некромантии.
Порядок и самоорганизация свойственны Жизни, а беспорядок и разрушение — Смерти. Простейший пример — рост и развитие зародыша во взрослый организм, а затем разложение тела после смерти на составляющие элементы, которые уже не скрепляет воедино Искра.
Судя по тому, какой радостью светились глаза мага, это было очень важно… что бы оно ни значило. Сделать умный знающий вид или все же спросить? Мои мучения предвосхитил Кольр:
