– О, сынок! – воскликнул он, его голос был полон муки и раскаяния. – Как же ты выжил? И где ты был все эти годы? Как я хотел бы повернуть время вспять, если бы я только знал… Если бы только мог уберечь вас от этой беды… Я всю жизнь чувствовал себя виноватым.
Инар опять застыл, не отвечая на объятия князя, его тело было напряжено, его глаза полны недоверия.
– Моя мать дралась со стражей, – начал он свой рассказ, – крича мне, чтобы я обратился в волчонка и бежал в лес. Она давно и часто рассказывала мне про то место, где живёт ее племя, на случай, если нам придётся уйти из твоего замка и бежать. Я довольно легко их нашёл, благодаря этим её рассказам. Они были мне рады. Меня приняли, как своего, и они были мне семьей. Но я всё время мечтал вернутся и отомстить тебе… Я не оставлял этой мысли ни на минуту, каждый день своей жизни.
– Сын мой, – сказал князь Вильгельм, его голос звучал мягче, в нем проскользнули нотки надежды, – пойдём со мной в замок. Ты поговоришь со свидетелями тех событий, мы всё еще раз обговорим, и ты сможешь во всём убедиться. Дай мне насладиться твоим присутствием, хоть немного. Я так долго мечтал об этой встрече… Ты увидишь могилу твоей матери, Жанны и твоего брата…
Князь Вильгельм потянул Инара за руку, с такой нежностью и страстью, словно боялся, что тот в любой момент исчезнет, как мираж. Инар, будто под гипнозом, позволил увести себя, он следовал за князем, не отводя от него своих янтарных глаз.
Собаки, словно по команде, начали бежать за князем и Инаром, лая и виляя хвостами. Охотники, ошарашенные и сбитые с толку, нерешительно последовали за ними, все еще держа ружья и копья наготове.
Их голоса и лай собак постепенно стихали, пока не растворились в тишине. И я осталась стоять одна посреди поляны, ошарашенная, не понимая, что только что произошло. Мои мысли метались, как стая испуганных птиц, я не знала, кому верить, что думать, и что делать дальше.
– И что ты застыла? – прокаркал ворон. – Пошли скорей домой, пока кабан не вернулся!
После тех событий в лесу дни потекли размеренно и спокойно. Я с головой погрузилась в повседневные заботы. Занялась заготовками на зиму: сушила травы, солила овощи, пекла хлеб. Руки мои ловко выполняли привычную работу, но мысли постоянно возвращались к Инару, к князю Вильгельму, к их неожиданным признаниям. Чем всё закончилось? Поверил ли он князю? Договорились ли они о чём-то? Сообщений о смертях из замка не поступало, так что, скорее всего, они всё же пришли к какому-то соглашению. Но что это было за соглашение? И что теперь будет?
Ко мне стали наведываться деревенские дети за лекарствами. Родители, видимо, не решались сами являться ко мне после всего, что произошло, поэтому отправляли своих чад. Они робко стучали в мою дверь, а затем, опустив глаза, просили помощи для своих родных, протягивая скромную плату за мои труды.
Однажды ко мне пришел маленький мальчик, лет семи, с большими, испуганными глазами. Он бережно держал в руках небольшую корзинку, в которой лежали несколько куриных яиц, покрытых перышками.
– Моя мама просила дать ей травы от кашля, – пролепетал он, протягивая мне корзинку, – Она кашляет так, что никак не может остановиться. Она боится идти сама.
Я взяла корзинку и с грустью улыбнулась ему.
– Конечно, я помогу твоей маме, – сказала я, доставая нужные травы и заворачивая их в тряпочку. – Передай ей, что я буду рада её видеть, если ей будет нужна помощь.
Мальчик взял тряпочку и, пробормотав «спасибо», быстро убежал, словно боясь, что я его удержу.
Я понимала, что постепенно всё налаживается, та вспышка ярости осталась позади, и деревенские жители снова хотят жить в мире со мной. Но меня не покидала тревога: все ли успокоились, не затаил ли кто зла снова?
Карл, видя мою задумчивость, наконец не выдержал и слетел мне на плечо.
– Ну, и чего ты тут раскисла? – прокаркал он, заглядывая мне в глаза. – Я знаю, что тебя гложет. Хочешь узнать, что там в деревне и в замке творится? Ну так давай, я слетаю, покружу над крышами, подслушаю слухи, поспрашиваю у птиц, может, и про нашего оборотня что-нибудь выведаю. Готов разведать обстановку!
Я невольно улыбнулась.
– Спасибо, Карл, – сказала я, погладив его по голове. – Только будь осторожен.
Карл гордо расправил крылья и, словно стрела, вылетел в окно, оставив меня в одиночестве с моими мыслями и тревогами.
Время в ожидании тянулось медленно и мучительно. Солнце поднималось всё выше, и тени становились короче, но ощущение тревоги и неопределенности не покидало меня ни на миг. Я то и дело выглядывала в окно, вглядываясь в бескрайнее небо, надеясь увидеть знакомую черную точку, но все было тщетно.
Наконец, когда я уже начала терять надежду, я заметила вдали ворона. Он приблизился и сделал несколько кругов, прежде чем стремительно ворваться в дом и сесть на свою любимую жердочку. Глядя на меня своими маленькими насмешливыми глазами, он склонил голову набок.