В постель они перебрались позже. Аэтель устроилась в его объятиях, выводя бессмысленные узоры по груди пальцем. Она чувствовала приятную усталость во всем теле. Как было бы прекрасно, если б их отношения складывались иначе. Но она старалась гнать прочь подобные мысли. От них все равно лучше не становилось.
— Расскажи мне о своем доме, — попросила она, желая отвлечься. — Он достался тебе от родителей?
— От родителей мне не осталось ничего. Его я купил сам.
— Откуда у тебя столько денег, — улыбнулась, не поверив ему.
— Ты сама говорила, что моя жизнь — это работа. Отчасти ты права. — Девушка хмыкнула, но ничего не добавила. — Моя работа хорошо оплачивается.
— Набиваешь себе цену? — весело произнесла она и запрокинула голову, чтобы посмотреть на него. — За последние несколько часов это уже не впервые. Неужели твоя самооценка столь низка?
— В твоих глазах и сам король падет ниц, — в тон отозвался он. Легонько провел по контуру носа и ткнул пальцем в кончик. — Если это повлияет на твой положительный ответ, я готов петь себе дифирамбы!
— Не поможет, — сморщила нос она, вновь заинтересовавшись узорами. — И все же, дом стоит немалых денег. Я не могу поверить, что ты смог накопить столько.
— Мой дом не большой. К тому же, когда я покупал его, он нуждался в основательном ремонте. Поэтому достался с большой скидкой, — он прикрыл глаза. — Мне бы хотелось, чтоб ты его увидела.
— Ты покупал его для Велены?
Бенедикт сжал ее плечо, чуть сильнее прижав к себе. Аэтель высвободилась, приподнялась на руках и посмотрела на него. Почему она не думает о том, что говорит? Почему не может сдержать ненужных слов?
— Прости. Зря я…
Он слегка улыбнулся, с теплотой посмотрел на нее
— Все хорошо, — он коснулся ее щеки пальцами, легко погладил. — Нет смысла отрицать, я покупал его для нас. Но она умерла до того, как его реконструировали. Если честно, я сам его еще не видел после ремонта.
— У тебя тогда не появилось мысли избавиться от него? Все-таки ты планировал жить там с женой.
— Я хотел его сжечь, — с улыбкой ответил он. — Мне не дали.
— Макс?
— Нет. Другой человек.
Девушка села, повернулась к нему спиной.
— Зря я об этом заговорила.
Бен тоже сел, положил руки ей на плечи.
— Спасибо.
— За что? — с нотками отчаяния воскликнула она.
— За то, что я смог отпустить ее, — он коснулся ее плеча губами.
Она обернулась.
— За то, что перестал винить себя, — еще одно касание. — За то, что вернула к жизни.
— Я ничего не делала, — покачала она головой.
— Ты появилась в моей жизни.
— Да уж. Свалилась со склона.
— Это было зрелищное падение.
— Ты даже не пытался мне помочь! — припомнила она.
— Я был занят.
— И как я могла этого не заметить? — притворно поразилась Аэтель.
— Я был занят разглядыванием тебя. Из-за дождя твоя одежда намокла и облепила тело. Я даже разглядел твое белье.
— Ты шутишь?
— Нет.
— О нет, скажи, что ты все-таки шутишь!
— Хорошо, шучу, — согласился он, смеясь. — Я не видел зайчиков на твоих…
— О боже! Замолчи! — девушка кинулась к нему, пытаясь ладошкой прикрыть рот. Мужчина тут же обхватил ее за талию и опрокинул на спину, наваливаясь сверху.
— Не говори!
— Тебе не интересно знать, что я разглядел под блузкой?
— Очередную детскую деталь моего гардероба?
Он с улыбкой опустил взгляд вниз, оглядел ее грудь.
— Твоя грудь совсем не выглядела по-детски. Скорее притягивала. Совсем как сейчас, — он склонился ниже и легонько коснулся ее, поиграл языком с соском, втянул в рот тут же затвердевшую вершину. — Да. Сейчас схоже больше, — довольно произнес он и приласкал другую округлость. Аэтель заерзала под ним. И Бенедикт поудобнее расположился между ее ног, сгибая их в коленях. Поцелуями спустился к животу, языком обвел окружность пупка, заставив мышцы дрогнуть. Руки огладили бедра, раздвигая их чуть шире. Девушка коснулась его головы, зарываясь пальцами в тёмные волосы. Поцелуи спустились ниже, губы коснулись внутренней стороны бедра, вызвав судорожный вздох у девушки.
— Опять?
— Не справишься? — хитро улыбнулся, оторвавшись от своего занятия. — К тому же когда еще представится возможность, что ты добровольно согласишься провести со мной день.
— Добровольно? — засмеялась она. — Тебе стоит пересмотреть это понятие. Похоже, ты понимаешь его неправильно.
Но девушка не стала отстраняться, принимая ласки.
Проснулась она многим позже, когда за окном светила луна. Одна. В своей кровати в спальне.
Вирая сопела рядом.
Аэтель села. Она была настолько измотана, что даже не проснулась, когда мужчина переложил ее в другую постель.
Бен сдержал слово — она дала им лишь день. И этот день закончился. Девушка постаралась прогнать чувство сожаления в душе. Сожаления, что дала лишь день. Сожаления, что она так и не поговорила на волнующие ее темы.