— Ты просто пытаешься убедить себя, Бенедикт. Не хочешь смириться, что мои чувства остыли к тебе?
— Если не я источник раздражения, тогда кто? С кем ты общалась, что наркотик подействовал?
— Я много с кем общаюсь! — с вызовом ответила она. — Ты же не думаешь, что я сижу здесь и дожидаюсь тебя?
— Не думаю, — спокойно согласился он. — Но я знаю о твоих передвижениях. Где ты была и с кем общалась. — Он приподнял руку, указывая на запястье с часами и браслетом. — И если ты вдруг не воспылала любовью к своему полу — то остаемся я, Макс и Лекс.
— Ты следишь за мной? — возмутилась девушка.
Как?
Она посмотрела на свою руку, запястье которой плотно обхватывал браслет Болдизара. Он не снимался. Девушка уже пробовала. И у нее ничего не вышло. Она ни разу не думала, что чип выполнял не только функции подписи и ключа в апартаменты. Это был и маячок.
— Так кто из нас заставляет твое сердце биться чаще?
Аэтель вскочила.
— Уж точно не ты! — зло воскликнула она.
— Может, проведем эксперимент, раз ты не хочешь отвечать? — он тоже поднялся, готовый в любой момент кинуться к ней.
— Ты не посмеешь!
— Хочешь вновь поспорить со мной? — он вопросительно вскинул бровь. — Помнится, обычно я оказываюсь прав.
Аэтель испуганно смотрела на него. Ему нельзя позволять касаться ее! Иначе все видимые барьеры просто рухнут! Тело вновь предаст ее. Она уже чувствовала, что ноги готовы понести ее в его сторону. Но не с целью сбежать — чтоб он поймал ее и не отпускал! Убедил, что она нужна ему.
Мозг в панике метался от одной мысли к другой, ища выход. Соврать. Нужно просто убедительно соврать!
— Лекс! — услышала она собственный испуганный голос. — Это Лекс Бертольт.
Бен лишь усмехнулся на ее слова. Не верит?
— Да. Сейчас мы особо сблизились. Я поняла, что… что он мне нравится! И если б у меня было больше времени, наверняка выбрала бы его! — затараторила она, чувствуя, что паника накрывает ее. Почему? Ведь все вполне убедительно! Они и вправду стали чаще общаться. — И вообще, я бы хотела разорвать контракт! И заключить его с ним!
— Хорошая попытка, — весело отозвался он.
Он совсем ей не верил!
— Только вот нашего приятеля Алекса я назвал просто так. Ты с ним виделась всего один раз в тот период. Для такой реакции этого недостаточно.
— Это низко!
— Так же, как и врать, не находишь?
— Врать у нас по твоей части!
— Я устал гадать, что ты думаешь! — посерьезнел он. — Мне надоело, что ты избегаешь меня!
— Я уже говорила, разорви контракт и отправь меня домой!
— Сейчас это невозможно!
— Опять отговорки? Да ты просто не хочешь этого делать! Тебе нравится издеваться надо мной?
— Да, я не хочу разрывать контракт. — Признал он, сделал шаг в ее сторону. Девушка сразу напряглась. — И нет, мне не нравится издеваться над тобой.
— Тогда чего тебе нужно от меня?
— Ты знаешь.
Еще шаг. Девушка попятилась.
— Нет. Я не буду спать с тобой.
Аэтель понимала, как глупо будет бегать по комнате от него. Так же, как и то, что не убежит. Она стояла и смотрела, как медленно сокращается расстояние между ними. Сердце трепетало от предвкушения и страха. Чувства боролись в ней. Она не знала, что победит. Желание или ее гордость. Часть ее хотела, чтобы он поймал ее, заключил в объятиях и не отпускал. Но гордость не давала забыть, что она лишь игрушка, забава для него.
Бенедикт остановился в полушаге от нее, засунул ладони в карманы брюк. В глазах его бушевал шторм. И Аэтель не могла понять, что это — злость или желание. Возможно, и то, и другое.
— Под наркотиком ты была более честна.
— Под наркотиком люди, как в бреду. Не стоит верить тому, что происходит в это время.
— Сейчас ты не под его действием. Но я уверен, если коснусь тебя, — он протянул руку к ее шее, но замер в нескольких сантиметрах от кожи, — здесь. Я почувствую, как часто бьется твое сердце.
— Я не хочу, чтобы ты касался меня!
— Почему?
— Мне… мне это неприятно. Я вообще не хочу находиться с тобой рядом!
Он обхватил ее подбородок пальцами, глаза полыхнули злостью.
— Ты моя аники. Я имею на это право. В отличии от Бертольта.
— Лекс никогда не позволял себе лишнего!
— Это хорошо, — негромко протянул он. — Чужих аники трогать нельзя.
— У него хоть рабыни нет! — она дернулась, освобождаясь от хватки. Он разжал пальцы. — А некоторым и одной мало!
— О чем ты?
— Пусть Вирая составит тебе компанию ночью! А я не буду!
Дорика бросилась наутек. Паникерша! Одного прикосновения хватило, чтоб видимое самообладание дало трещину! Сердце сладко заныло, вспоминая их давний нелепый договор в лесу. Как он держал её, отказывая, ставя условия. А она доверчиво со всем соглашалась. Бен столько раз так касался ее, почему именно этот день всплыл в памяти?
— Аэтель!
Он быстро догнал ее, удержал за руку, сомкнув пальцы на запястье.
— Нет! — девушка дернулась, пытаясь освободиться. Паника охватила ее, ведь они остановились рядом с его спальней, куда Бен легко мог утянуть ее. И не даст убежать в мнимую безопасность девичьей спальни. — Ноги моей не будет в твоей комнате!
— Вы опять ругаетесь?! — выскочила из ванной брюнетка.
— Вирая, уйди! — рявкнул мужчина.
— Зачем ты ее прогоняешь?