По сообщению новостного канала, несколько часов назад в юго-восточных предгорьях Большого Кавказа произошло землетрясение магнитудой восемь и два балла. Город Шемаха, с населением около пятидесяти тысяч человек, разрушен полностью. К месту чрезвычайно ситуации уже выдвинулись подразделения МЧС и военные. Формировались бригады добровольцев, в том числе и целителей.
Когда сообщение пошло повторно, опустив ноги на пол, встала с кровати. Подойдя к окну, уперлась лбом в прохладное стекло.
Про город Шемаха мне рассказывали. И отец, и Андрей, и Реваз. Именно в тех местах стоял их полк во время Персидского конфликта.
И именно где-то там были спрятаны бумаги, за которыми они отправились.
В том, что делать дальше, я не сомневалась. Единственным вопросом было: как? Но и на него нашелся ответ. У меня были друзья, и я искренне рассчитывала, что они помогут.
Номер Игоря я помнила наизусть и набрала не сомневаясь. Если у него будет возможность…
— Ну и кому я понадобился за пять минут до отбоя? — ворчливо ответил он, дотянув с ответом до восьмого гудка.
— Мне, — невольно улыбнувшись, чуть слышно произнесла.
— Сашка?! — неверяще выдохнул он. — Так, стоп… сейчас.
Видеорежим я не включила, но судя по дыханию и доносившимся звукам, Игорь куда-то торопливо шел.
— Ты где? — наконец, с тревогой в голосе произнес он.
— В безопасности, — заверила я его. — Но…
— Что нужно сделать? — тут же перебил Игорь меня, правильно сообразив, что могло идти за этим «но».
— Про Шемаху слышал? — я, оглянувшись, посмотрела на экран телевизора.
Экстренный выпуск закончился, но новостная программа еще не началась. Продолжался сериал.
— Да, — тяжело вздохнул он. — Наши бурлят. Рвутся в добровольцы.
— А ты? — осторожно уточнила я.
— Что — я? — переспросил Игорь. И я прямо увидела, как на его лбу пролегла задумчивая складочка.
— Игорь… — лишь теперь включила я видеорежим.
У него он был включен, так что картинка появилась сразу.
Игорь стоял в коридоре у окна. Прислонившись плечом к стене. Был в форменной футболке, плотно облегавшей торс, и затянутых на поясе ремнем штанах.
При других обстоятельствах оценила бы представленную фактуру. При этих лишь еще раз отметила, что парень… мой парень в хорошей физической форме.
— Это — плохая идея, — окинув меня быстрым, но глубоким, чисто целительским взглядом, как-то… потеряно улыбнулся он.
— Там мой отец, — не твердо и категорично — спокойно, словно от этого не зависели чьи-то жизни, ответила я. — С твоей помощью или без…
— Я тебя понял, — преувеличенно тяжело вздохнув, кивнул он. — Как мне с тобой…
— Я позвоню сама, — перебила я его, не собираясь сообщать номер магофона. — Во сколько?
Он подумал, даже пошевелил губами, что-то считая. Потом отмахнулся от кого-то…
— Давай ровно в восемь.
Я даже вопросительно приподняла бровь. За ночь решить такой вопрос?! А потом просто кивнула. Если он был уверен, что успеет, кто я такая, чтобы в нем сомневаться.
Ночь прошла странно: я спала и не спала. Просыпаясь, лежала, смотря с потолок. Незнакомое место, незнакомая постель и куча проблем…
Это должно было скинуть меня в истерику, но чувства притупились. Остался лишь разум, который просчитывал варианты, оценивая их с разных сторон.
Идея отправиться в Шемаху была не самой умной — дядька Прохор и Андрей сделали все, чтобы меня защитить, но…
Теперь я понимала ценность бумаг, которые должен был привезти отец. И не просто понимала — четко, до конца осознавала, что если их не добыть, то эти твари, ни во что не ставящие чужие жизни, так и останутся безнаказанными.
Оставался только один вопрос: смогу ли их найти?
Ответ был однозначным: вряд ли. Да, я имела представление об этом месте, но знала недостаточно, чтобы не ошибиться.
Но я могла разыскать отца и Реваза! Если они, конечно…
Несмотря на творившийся в последние сутки эмоциональный сумбур, их смерти я не чувствовала.
Под эти мысли я опять проваливалась в забытье, в котором вновь и вновь видела разрушенный город.
И не только его. Была в этих сновидениях дорога, вдоль которой тянули к небу ветви пирамидальные тополя. А еще летящая над долиной огромная птица и бурый медведь, выходящий из леса на горном склоне к протекающей среди камней бурной речушке.
Потом на всю эту идиллию наползал темный, почти черный туман. В небо вздымались клубящиеся воронки и… я снова просыпалась, чтобы засомневаться в собственном решении.
Окончательно проснулась я около шести. Привела себя в порядок. Позавтракала, используя находившиеся в холодильнике полуфабрикаты. Потом перебрала одежду, откладывая то, что может пригодиться. К восьми была готова. И сама, и дорожный рюкзак.
Игорь ответил сразу, после первого же гудка.
Вот только… это был не Игорь. А злой и заведенный тезка. И был он не один. Вся троица стояла плечом к плечу.
— Ты хотя бы моему отцу позвонила, пока он инфаркт не словил, — вместо приветствия, жестко произнес он.
Признав, что Сашка прав, покаянно кивнула.
Тот смягчился, но немного:
— Андрей Аркадьевич тяжелый. Динамика положительная.
