Твои глаза так пепельно-серы,В них еще много наивной веры,Но щеки, как кожа спелых гранат,От страсти пылают и рдяно горят.Ты словно уголь под слоем пепла,Сила души твоей еще не окрепла,Ты уголек золотой, золотойПод серебряной, матово-серой фатой.Я смешанных красок люблю сочетанье,Багряных отсветов в серебре трепетанье,Они вспыхнут, погаснут и вспыхнут вновь,Как твоя багряная, густая кровь.<p><strong>«Милый ангел, ты слишком добра…»</strong></p>Милый ангел, ты слишком добра,Добрый ангел, ты слишком щедра!Всем звенит твой серебряный смех,Золотые улыбки — для всех.Впрочем, я не жалею для нихНи улыбок, ни взоров твоих:Для себя сохраню я один,Я, сокровищ твоих господин,Только кружево легкое грез,Да жемчужины теплые слез,Только горсть поцелуев твоих —Раскаленное золото их!<p><strong>Piccicato при луне</strong></p>Хорошо им сидеть на скамейке,Хорошо быть шестнадцати лет, —Пусть луна из серебряной лейкиЛьет, как влагу густую, свой свет.Хорошо быть счастливо влюбленной,Знать, что рядом герой и поэт, —Пусть луна всё рядит в осребренный,Лунно-матовый призрачный свет.Хорошо быть прозрачно струистойИ вдыхать смутный сон, тихий бред,И в глазах отражать так лучистоНежно чистый таинственный свет.Хорошо быть у ног гимназистки, —Мира нет, горя нет, завтра нет!Звезды лунные бледны, но близки,Мир весь в лунные ткани одет.Бьют сердца так любовно, неровно,Перебоем друг другу в ответ,И луна лишь одна хладнокровноМолча слушает нежный дуэт.«Я люблю вас, люблю вас навеки,Не нарушу свой гордый обет».Тихо катятся лунные реки,Лунный, струнный звенит менуэт.«Ах, как жалко, что завтра экзамен,Надо спать, а уж скоро рассвет».На востоке зардевшийся пламеньГасит таинственный свет.«А какой?» — «Да латынь и словесность». —Груб и прост прозаичный ответ,А луна выпивает телесность,Миг — и вот — тела нет, тела нет!Вот исчезнет, прольется, растаетВ свежесть рос, в дымный пар, в бледный свет.Сыро стало, и он предлагаетЕй закутаться в английский плэд.<p><strong>Premiere communion</strong></p>
