Там юношу сперва ослепило широкое окно с большой белой шторой, за которой мелькала в порывах ветра мохнатая спинка лесистого склона. Пол устилал красный ковёр. Рядом блестели стол и приставленный к нему стулик, — очень даже удобный.
Игорь присел и с минуту разглядывал картину на стене, — натюрморт. Самый заурядный натюрморт. Странная, странная картина — как будто своё заурядностью она подчёркивала всю вымученность классического европейского особняка в такой чужой для него стране.
Вдруг в дверь постучали. Вошли.
Снова дворецкий.
— Пришли бумаги, господин… Вашего секретаря сейчас нет на месте, он болеет. Страшное дело, испанка… Мне их пока… Отложить?
— Ненужно. Я сам ими займусь.
— Вы… Сами, господин? — мужчина удивлённо посмотрел на Игоря и на некоторое время потерял дар речи. Опомнившись, он тут же попытался скрыть своё удивление и ретировался, а спустя всего пару минут вернулся с кипой конвертов, которые аккуратно разложил юноше на стол. Дворецкий пошёл на выход, но у самых дверей замедлился и напоследок бросил быстрый взгляд, как Игорь один за другим вскрывает конверты.
И снова удивление озарило старое лицо. Мужчина глубоко вдохнул и вышел.
Игорь же раскрыл первый конверт и достал несколько бумажек.
Они были исписаны цифрами.
Это был полный отчёт о военном гарнизоне под командованием Игоря, который сам юноша попросил отправить ему сразу после прибытия в город.
Сперва Игорь просмотрел структурную организацию своей армии. Под его управлением было два корпуса общей численностью в тридцать тысяч человек, включая артиллерийскую и инженерную бригады с отрядом снабжения, медицинским персоналом и прочей необходимой обслугой.
Сам юноша находился в звании генерал-лейтенанта. В прямом его подчинении было два генерал-майора, Стрелков и Кирсанов. Первый выбыл на некоторое время в связи с боевым ранением, но вот вроде бы уже оклемался и даже ходил на прогулки, и пил, несмотря на предписанный врачом ещё на неделю вперёд постельный режим.
У Игоря были противоречивые мысли касательно Стрелкова.
Он был довольно недружелюбен во время их
Впрочем, даже в таком случае его уже можно было не опасаться. А мстить Игорь не собирался. Во-первых, потому что именно смерть предшественника позволила ему занять это тело, а во-вторых, потому что сам по себе юноша не был мстительным человеком. Месть, всё же, как бы болезнь, порок, который никогда не приводит ни к какой выгоде.
Без неё жить намного проще.
В этом плане (и не только) она похожа на любовь…
Без них правда легче, пускай и немного скучно.
Во всяком случае потеря руки была вполне достойным поводом отправить старого солдата в отставку. Больше он не побеспокоит…
А вот с Кирсановым было сложнее.
Что-то, — очень призрачное, — подсказывало Игорю, что этот хитрый лис знал и контролировал много больше, чем казалось на первый взгляд. Он был опасен.
А ещё он, если верить слухам, был гомосексуалистом.
Кирсанов женился давным-давно на старухе, причём по своей воле, и редко навещал свою пожилую жёнушку, да и любовниц не держал, про которых бы знал высший свет, а это уже повод задуматься…
Так-то Игорь был совсем не против. Он всегда был человеком предельно толерантным, да к тому же ещё руководствовался той мыслью, что чем больше в мире геев, тем больше свободных женщин.
Разве что, если Кирсанов и дальше будет всюду таскать за собой Скоморохина, может случиться непоправимое… Игорю нужен был лояльный именно ему, непоруганный адъютант… Нужно будет за ним приглядывать и срочно менять, если мальчишка вдруг решит навестить проктолога…
Это что касается людей, но в документах Игоря в том числе были расписаны вопросы складские.
Сколько припасов было в армии, — пайков, патронов, пушечных снарядов, винтовок, касок и шинелей… И разумеется Кладенцов.
Игорь не особенно хорошо разбирался в этих цифрах, а потому после беглого осмотра сразу прочитал общее заключение о состоянии войска. В нём говорилось, что оба корпуса находились примерно в половинчатой боевой готовности, и что с Кладенцами дела обстояли ещё хуже — их от нужного количества была всего лишь треть.
Удручает, но благо в ближайшее время Игорь не собирался воевать своей армией. Сейчас ему нужно было как-нибудь организовать поставку уже имевшихся припасов Алой Они, контрабанду. Для этого нужно было найти надёжных людей. Это займёт какое-то время.
…Если только не попробовать устроить всё дело официально. Получить разрешение вышестоящего командования на подобную операцию. Хотя опять же, в таком случае обещался тот ещё бюрократический ад — а ещё трата времени, волокита…
Игорь перешёл к следующему конверту. Это уже было письмо, личное. Отправителем его значилась принцесса Юкио. Игорь раскрыл его и принялся за чтение:
