— В таком случае… Адъютант Скоморохин, прошу, зачитайте нам ваш свежайший доклад, — попросил Кирсанов.
— Ах, будет исполнено, сир! — вскочил молодой человек примерно двадцати лет, подстриженный, с приятным лицом и круглыми очками без ободков.
Юноша взял со стола бумагу и стал читать:
— …За последние двадцать четыре часа позиции противника были обстреляны из 33 орудий, всего было выпущено снарядов…
— Стоп, — резко прервал молодой голос. Адъютант замолчал и растерянно приоткрыл рот. Его мимику повторило ещё несколько офицеров. И не мудрено, ведь это говорил их Генерал, Игорь….
Майор Стрелков нахмурился. Кирсанов улыбнулся и спросил:
— Желаете что-то уточнить… Ваше превосходительство?
— Да, — ответил Игорь и немного горько спросил:
— Кто ещё раз такой… Наш противник?
— Простите?..
Офицеры стали переглядываться.
Кто противник?
Серьёзно?
Что это за вопрос такой?
Вопрос генерала своим офицерам…
Юный адъютант растерянно опустил плечи, а потом стал копаться в бумагах.
Остальные зашептались.
— Кто наш… Противник, сир? — переспросил Кирсанов, пока другой генерал-майор вскинул бровь.
— Да. Можете ответить? — спокойно повторил Игорь.
Неловко было спрашивать такое, но что поделать? Последние воспоминания Игоря были туманны, да и вообще знал он только, что воевали они против повстанцев. А кто они такие, против чего восстают… Касательно этого юный князь не имел ни малейшего понятия.
Плохо.
Если мужчина, — хотя теперь он уже снова стал юношей, — хотел закрепиться в этом мире, ему нужно было удержать генеральскую должность. Это обеспечит ему силу, власть, а вместе с ней и наибольший простор для дальнейших действий, когда он, собственно, найдёт время решить, как ему вообще выживать в этом странном новом мире.
Ну а для этого сперва следовало узнать, против кого они вообще воюют?
Ради этого он готов был немного пренебречь своим лицом.
К тому же мнение всех офицеров касательно Игоря и так уже находилось на уровне близком к пренебрежению, и падать отсюда можно было только вверх.
А дно нащупано, да.
Пока офицеры всё перешёптывались, Кирсанов собирался что-то сказать, а Василий довольно улыбался, неожиданно:
— Се-сейчас, Ваше превосходительство, — голос подал тот самый адъютант по фамилии Скоморохин. В нагромождении бумажек на столе он вырыл необходимую, радостно поправил очки и уже приготовился читать, как вдруг замялся и неловко посмотрел на Игоря:
— Вам полную версию… Или вкратце, ваше…
— Давай полную, — ответил Игорь и прикрыл глаза.
— Как вы велите. Кхм, тогда… 19-го сентября сего года мы получили донесение, что восстание Красных повязок, впервые имевшее место быть в области Ямагата Японской Империи…
…Распространилось на север.
Восстание это, направленное против оккупационной власти Британского содружества, да и вообще любой варварской иноземной силы, нарушающей суверенитет Империи, немедленно вспыхнуло и распространилось почти по провинции.
Восставшие почти завладели боеприпасами и амуницией. Могло стать
Провинцию быстро усмирили. Ядро повстанческих сил, — включая их предводительницу, известную как Алая Они, — бежало сперва в провинцию Амори, а потом, через пролив Соя на Хоккайдо; там они снова стали поднимать крестьянство, и снова были настигнуты карательным корпусом генерала Ванкувера.
У восставших не было выбора кроме как бежать через границу Российских владений.
И так совпало, что граница не была особенно укреплённой, ибо как раз в это время происходили военные учения. По дипломатическим причинам их проводили на отдалении от оккупированных Содружеством японских территорий… Всё дело в том, что за последние пару лет отношения между бывшими союзниками по великой войне заметно охладели. Подобные учения могли расценить как провокацию.
Вот повстанцы и выбили ослабленный пограничный гарнизон, после чего крепко засели в древнем замке Акадзиро.
К тому времени когда Российские войска подоспели на вырочку, в замок стеклось уже немало добровольцев со всех окрестных деревень и была организована крепкая оборона. Нашлись старые пушки, взрывчатка…
Поэтому же пришлось отказаться от штурма. Замковый гарнизон возрос до такой степени, что любая попытка взять его с наскока была чревата большой кровью.
— Вот мы и постреливаем, понемножку, — вставил после многозначительной паузы в рассказе Кирсанов.
— Выкурим их измором, — добавил Стрелков.
Игорь задумчиво кивнул и сказал:
— Дурацкий план.
Кирсанов усмехнулся, Стрелков сжал до белизны губы, и все прочие офицеры вытаращили глаза.
— Гриша, — полушёпотом заговорил Василий. — Что ты такое…
— Вы знаете, сколько у врага припасов? — продолжал Игорь, внимательно поглядывая на лица своего штаба. Все молчали.
