Это дом! Ура! Я спасена! Потопала быстрее, влезла на высокое крыльцо, как специально сделанное для отваживания незваных гостей: ступеньки вдвое больше привычных мне в многоэтажках, к тому же они были заметены снегом в метр толщиной! И так замёрзшая, я ещё и руки исколола, пытаясь разгрести снег и нащупать начало и конец исполинского порожка. Наконец, мы с порогом мирно расстались, я прилепилась к дубовой двери,и не думавшей открыться. Постучала в неё сапогом, проорала хриплое "Спасите!", не увидев, впрочем, никакой реакции. Огромные тёмные створки плотно сомкнуты, как уста на старых иконах. Присела, скрутилась в калачик, приготовилась помереть в цвете лет. Бедный мой Маркиз! Когда тебя найдут? Голодный, холодный... Соседка давно им восхищается - заберёт к себе. Нина Фёдоровна всё обо всех знает, даром что живёт рядом со мной на третьем этаже. Пройдёт пара дней, и она уже объявит меня в розыск, а моего пушистого мужчину заберёт в своё логово. Ну и пусть... только бы он не умер от голода!
- А-а-а! - заорала я от неожиданности и упала на пыльный пол церкви. Как я не заметила, что дверь открыта, ума не приложу! Тепло-о... Блаженно улыбаясь, я пыталась снова стать человеком прямоходящим. Кряхтя, как старая бабка, с омерзением ощущая, как снег и слой льда, которым уже взялась моя одежда, стаивает и ползёт струйками воды по ногам и спине, я пошла к светящейся одинокой свечке на алтаре. Она одна стоила целой сотни свеч! Огромная, с тазик шириной,толстый жгут в середине. Церковь небольшая, но в полутьме казалась такой огромной и пугающей! В открытую дверь свистал ветер, выдуваясь в заднюю часть здания. Окно там разбито что ли?
Подошла к алтарю и так и застыла. Вино! Я спасена! Небольшая тaкая чаша, литра на три, была заполнена почти полностью. Не думая ни о том, что у сего чуда винной промышленности могут быть хозяева, ни о том, сколько оно уже здесь стоит, я трясущимися руками потянула чашу к себе. Отхлебав прилично сладкого, густого и какого-то металлически поблёскивающего напитка, я брякнула чашу на стол. С удовольствием ощущая, как горячая волна ушла в желудок, а от него - к ногам и рукам, я стояла минут пять с закрытыми глазами. Очнулась, когда створка двери стукнула громко и тревожно. Оглянулась пуганым зайцем, решая, куда спрятаться. А и некуда! Только стены, стены. За алтарём вроде есть что-то вроде комнаты-клетушки, но там ведь и искать будут в первую очередь! Мимоходом бросила взгляд в чашу, прикидывая, сильно ли заметно, что вино кто-то пил. Заметно, еще как! И еще кое-что заметила я. Лучше б не смотрела туда, честное слово! Чаша была в потёках... будто не вино то было, а кровь людская... Чувствуя, что меня начинает мутить, я всё же пошла к молельне. Дверцу оставила открытой, чтоб видеть, кто же сюда войдёт.
В дверь вошёл высокий мужчина, его сутана или плащ полоскалась на ветру, сапожищи глухо бухали, заставляя меня замирать от ужаса. Чего я так испугалась, сама не пойму. Наоборот бы попросить помощи у него, но всё внутри просто верещало, что это враг! Я замерла как мышь, даже дышала через раз. Фигура подошла к алтарю, заглянула в чашу, потом взмахом руки отбросила её,и в тишине раздался бешеный рык. Руки мужчины сжались в кулаки, а глаза из-под капюшона сверкнули алым, будто угли в аду. Д-демон? Они существуют?
- Ну что, Эной, ты успел? - заскочила в церковь фигура поменьше, - Где чаша?
- Не успел, – прошипел как змей упомянутый Эной, - Кто-то успел до нас!
- Кто? – недоумённо заозирался второй, — Никто ведь не знает о Даре! Да и Храм появляется раз в тысячу лет!
- Кто-то узнал, Занн! Или этому кому-то повезло оказаться в нужном месте в нужное время, - мужик с oгненными глазами стал принюхиваться к воздуху, как собака и медленно шёл вдоль стен ко мне. Я зажмурилась и стала шептать про себя, что я не здесь, я не пахну,и вообще хочу домой!
- Что будем делать?
- Искать, - твёрдо сказал Эной, – И когда найдём... отнимем силу!
И так зловеще это прозвучало, что вариантов, как именно эту неведомую мне силу отнимут, не осталось: через смерть.
- Эной! Смотри! - что именно нашёл его подельник, я уже не узнала. Какая-то сила закружила меня, завертела и выплюнула на горку, прямо на пакет с покупками! Что-то треснуло, но я поняла, что счастлива! Даже несмотря на будущую обиду моего мохнатого друга! Я сидела на горке и хохотала, пoтом смех плавно перешёл в слёзы и дикий трясун. Скатившись, сползши с горки к своему дому, я поплелась нога за ногу, ощущая тупую боль в отбитой спине, в сорванных ногтях. Похоже, в салон красоты зайти всё же придётся. Если я стану такими руками показывать игрушки, мамы подумают, что я какая-то наркоманка. Так, думая всякую фигңю, всячески отгоняя случившееся или приснившееся, как я надеялась, я дошла до квартиры.
ГЛАВ
Α
7. ДАР
