— Не беспокойтесь, убьют в сценарии. Пропишут, что Максимилиана прикончил его давний враг — оборотень Кром, тот, которого Владик играет. И все, через две недели поклонницы его забудут! Поплачут и забудут. А главную роль отдадут Кириллу. Он отличный актер, и давно пора дать ему показать себя. А то он все время в тени Макса…
— Думаю, это достойный выбор! — Я покривила душой, но лицо Сони озарилось улыбкой.
— А у Максима есть личная жизнь? — забросила я пробный шар. Соня находилась в хорошем настроении, к тому же я стала практически своим человеком в съемочной группе… Именно на это я и рассчитывала. Моя собеседница ответила легко и без раздумий:
— Совсем недавно Макс расстался с Аленой. А до того они все четыре сезона были вместе.
Я поблагодарила Соню, дождалась, когда она скроется в своем номере, и только потом постучала в комнату Алены Барановой. Держись, вампирша Амелия.
Алена встретила меня крайне нелюбезно. Она куталась в пушистый халат, надетый поверх голубой пижамы. Лицо без косметики казалось блеклым и очень усталым.
— Что случилось? — хрипло спросила она. — Что вам нужно?
Я вошла в номер, оттеснив хозяйку. Алена слегка растерялась, попятилась, но быстро взяла себя в руки и перешла в наступление:
— Да кто вы такая? Что вы себе позволяете? Я Каменецкому пожалуюсь!
В голосе Алены зазвучали визгливые нотки, и неожиданно прорезался характерный акцент.
— О! — обрадовалась я. — Вы откуда, Алена? Харьков?
Она схватила телефон и принялась тыкать в экран длинным серебристым ногтем. Очевидно, номер Каменецкого не был забит в памяти ее телефона, из чего я сделала вывод: Алена Баранова в этой компании — фигура второго ряда.
Я уселась в кресло и любезно улыбнулась:
— Звоните, Алена, звоните. Кстати, именно Станислав Сергеевич и нанял меня для защиты и охраны Максима Ионова. Думаю, ему будет очень интересно, когда… нет, если я поделюсь с ним своими соображениями.
Она медленно положила телефон и опустилась в кресло напротив.
— Какими еще соображениями?
Рыбка клюнула.
— Например, о том, что случилось сегодня на площадке, — я пожала плечами.
— А что случилось? Этот придурок Макс сиганул в дыру. Если бы не вы, расколошматился бы в лепеху. Кстати, это было круто. В смысле — ваш полет в стратосферу. Я такого даже у каскадеров не видала, — решила мне польстить Баранова.
— Благодарю, — кивнула я. Мне понравилось, что с нее так быстро слетел напускной лоск. Алена нервничает, значит, ей есть что скрывать. И это только подтверждает, что я на верном пути.
— Сегодня, когда вы закричали… Скажите, Алена, вы сделали это нарочно?
Актриса достала смятую пачку сигарет и жадно закурила. С каждой затяжкой к ней возвращалась уверенность.
— Я что, похожа на дуру? — задала она встречный вопрос. — Вот так вот возьму и сознаюсь?
— Нет, Алена, — усмехнулась я, — на дуру вы не похожи. Зато похожи на брошенную и обиженную женщину. Четыре года близких отношений — это вам не кот чихнул.
Она не улыбнулась. Курила, глубоко и некрасиво затягиваясь. Пряди платиновых волос обвисли, точно пакля. Я заметила морщинки у ее глаз. Сколько же ей лет? Без косметики стало ясно, что она гораздо старше своих партнеров по сериалу.
Алена правильно истолковала мой взгляд и зло сказала:
— Мне тридцать один. И для меня все очень серьезно. Этот проект — мой единственный и последний шанс пробиться, ясно вам? Единственный за десять лет.
Я удивленно уставилась на нее:
— Это что, так сложно? Пробиться в кино?
— Да! — выкрикнула она. — Это сложно, мерзко, трудно, голодно и безденежно! Я приехала в Москву ровно десять лет назад. Только после училища. На курсе я была самая талантливая и самая красивая. Думала, вот-вот буду сниматься у Феди Бондарчука…
— И что случилось?
— То, что обычно случается с провинциальными дурехами, — светло улыбнулась Алена. — То один, то другой мужик, близкий к миру кино, обещал «посодействовать». А всего-то надо было пару раз с ним перепихнуться. Мелочь какая. А потом вдруг что-то срывалось. И телефон переставал отвечать. Потом появлялся следующий режиссер или продюсер. Потом настал черед звукорежиссеров, потом осветителей… И так десять лет.
Да, терпения и упорства этой девушке не занимать.
— А потом вы познакомились с Максимом? — догадалась я.
— Точно. Он как раз развязался с Каменецким, — Алена покосилась на меня, но я только кивнула. — Точнее, Станислав Сергеевич развязался с ним. Он ведь любит все новое, и дольше пары месяцев у него никто не задерживается.
Алена загасила сигарету так яростно, будто хотела расколоть пепельницу, и немедленно закурила новую. Тонкая сигаретка не могла противостоять такому напору эмоций — Алена высадила ее в две затяжки.
