Жить Олегу выпало в эпоху перемен – трудный и трагичный период истории, когда рушилась страна. Детство его проходит в лихие девяностые со всеми «прелестями» того времени. А потом наступают «нулевые». Он вырастает и с надеждой на светлое будущее учится в университете. Все еще с надеждой на счастье для себя и своей семьи работает на двух работах. И когда жизнь только начинает налаживаться, на Россию обрушивается экономический кризис, разбивая все мечты вдребезги. Значительно ухудшается ситуация в стране после смерти главного кандидата в президенты на выборах 2012 года. Разруха усиливается. В этих условиях, умело играя на недовольстве общества текущим положением дел, и восходит звезда харизматичного, хитрого и жестокого тирана. Он дурманит сознание людей идеей воскрешения великой державы и, получая их поддержку, начинает претворять эту идею в жизнь. Но какую цену за это нужно заплатить народу и лично Олегу Орлову, в котором тиран видит своего соратника? Содержит нецензурную брань.
Родился я в небольшом провинциальном городке где-то на севере незадолго до начала эпохи перестройки (истинной "катастройки"!). Поскольку родители много работали, большую часть времени проводил у бабушки с дедушкой. Когда мне исполнилось семь лет, меня отдали в школу, где раньше училась мама, в пяти минутах ходьбы от моих стариков.
Помню первое сентября начала девяностых годов – первый учебный день в жизни. Утром в спортзале проходил праздник под названием «Первый звонок». Высокий одиннадцатиклассник, по совместительству тезка, посадил меня на плечо и понес по кругу, мимо других старшеклассников, первоклассников, их родителей и учителей. Именно мне выпала честь давать первый звонок! Я очень волновался, поэтому, должно быть, выглядел не совсем счастливым. Директор, учителя, мои родители (да и не только мои) жестикулировали и шептали «Улыбайся!». Преодолевая свои эмоции, я натянуто улыбнулся. Нас фотографировали и снимали на видеокамеру. Так и прошел праздник.
Учеба давалась мне с переменным успехом. Порой я не очень понимал какой-то материал, а спросить у учительницы стеснялся. Тогда на занятиях получал «тройбаны». А после этого, по вечерам, отец начинал объяснять, как решать задачи по математике, или мама – правила русского языка. А вообще, я не любил делать домашнюю работу под надзором родителей. Однажды папа, и так вымотанный за целый день на трудной работе, пытался растолковать мне какое-то правило, а я никак не мог его понять, раз за разом допускал ошибки в упражнении. И чем больше времени проходило за безуспешными объяснениями, тем больше родитель злился и нервничал. В конце концов, его терпение лопнуло, и он с такой силой перечеркнул мою писанину, что прорвал насквозь тетрадь! А после отвесил мне легкий подзатыльник и сильно ругался. Мама начала его успокаивать, увела в другую комнату, а меня уложила спать. На следующее утро родители по пути на работу завезли меня к бабушке с дедом. Благо, учился я тогда во вторую смену. И вот мы с бабушкой спокойно, не спеша, сделали все необходимые упражнения.
В начальных классах мне очень не повезло с учительницей. Как и многие, в начале девяностых она с головой ушла в торговлю, поэтому времени на своих учеников у нее оставалось мало. Кстати, когда мы перешли в среднее звено школы, после окончания трех классов, наша уже бывшая учительница и вовсе уволилась.
Раз меня не мог учить «профессиональный педагог», то это делали родители и бабушка с дедом. Например, делить столбиком меня научил на осенних каникулах дедушка, еще до того, как мы начали это проходить в школе.
В пятом классе начали изучать английский язык. И попал я в группу, у которой вела сей предмет лучшая учительница нашего города – Вероника Игоревна. На уроках иностранного языка всегда была железная дисциплина. Учила она нас как следует! Даже закоренелые троечники знали английский. Лично мне очень нравились ее уроки. Много всего интересного она рассказывала. И не только о Великобритании, ее достопримечательностях, традициях и праздниках англичан, но также и о своей жизни, полной удивительных историй. Учила Вероника Игоревна нас и тому, как нужно себя вести, воспитывала «Человеками» с большой буквы, отзывчивыми и готовыми помочь ближнему (жаль только, что в отношении этих вопросов мозгов у нас было маловато).
В первой же четверти пятого класса я получил итоговую пятерку по английскому языку. Отец тогда очень гордился мной, ибо сам в изучении иностранных языков никогда не преуспевал. Вообще, начиная с пятого класса, учеба стала даваться легче.
В седьмом классе я пристрастился к российской рок-музыке. Почти все мои одноклассники начали тогда слушать песни Виктора Цоя. Однажды я попросил друга дать на вечер послушать кассету группы «Кино». И мне понравилось. Именно так все и началось… Чем больше времени проходило, тем более тяжелую музыку я начинал слушать. В конце концов, скатился до «Гражданской Обороны», «Арии» и «Сектора газа».
После окончания седьмого класса, в один пасмурный летний день, я впервые попробовал пиво. Вдвоем с другом скинулись на бутылку самого дешевого, и я, собрав всю волю в кулак, направился к ларьку. Встав на носочки, чтобы казаться выше, произнес басом «Бутылку пива!». И ведь получилось – мне продали «запретный плод»! Уже повзрослев, я понял, что мог тогда не "корчить" из себя взрослого – все равно бы продали: время было такое – все плевали на законы и простую общечеловеческую мораль, жажда денег перекрывала все. Быстро добежав до заброшенной стройки неподалеку, мы сели на одну из железобетонных плит и начали по очереди отпивать из горла бутылки. Напиток показался мне горьким.
