Очень долго казалось, что Государь Всероссийский Александр Николаевич, не смотря на приглашение своего «венценосного брата», сиречь Императора Наполеона III посетить Париж, прислушается к предостережениям своих ближайших советников и откажется от этой поездки. И эти опасения имели под собой массу оснований. Неоднократно канцлер Российской Империи князь Горчаков пытался буквально докричаться до тех, кто управлял Францией об полном попустительстве властей, кое скорее напоминало завуалированную поддержку, польской эмиграции. Страстные и взрывоопасные пшеки наводнили Бель Франс после разгрома мятежа 1863–1864 годов. А посему и посол в Петербурге барон Талейран и министры, да и сам император Наполеону III оставляли все обращения и представления без внимания. Единственное обстоятельство, кое удерживало официальную Францию от открытой и прямой поддержки банды садистов, насильников, вешателей и убийц, кои на страницах большинства европейских газет, за исключением, пожалуй, лишь только Прусских, именовались «борцами за свободу» и «рыцарями», это страх за судьбу сосланных в Сибирь так называемых «волонтёров» из числа подданных Второй Империи. А то, что эти французы были взяты с оружием в руках и осуждены в законном порядке, так это, право, такая мелочь если речь идёт о белых европейцах, а не о каких-то туземцах, скифах и прочих варварах. Но было одна причина, против которой остались бессильными все доводы разума, и она имела не только имя и фамилию, но и титул. Речь шла о последней и самой большой любви Государя Александра Николаевича, княгине Екатерина Долгоруковой, которая была вынуждена уехать из России по настоянию императрицы Марии Александровны. В такой ситуации, исчезает государь и остаётся лишь любящий и мечтающий о свидании мужчина. Правда, были предприняты попытки найти общий язык с племянником Великого Корсиканца и своим высочайшим указом амнистировал сперва французов, а потом и всех остальных мятежников. К сожалению, этот шаг навстречу не получил должного ответа, что и следовало ожидать, ибо как сказано в святой книге: «Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими и, обратившись, не растерзали вас». Так должно было случится и сейчас.
