Самое сложное — это понять, на какие политические силы мне придется опираться. Сейчас у меня в руках исключительно консерваторы, партия контрреформаторов. Они достались мне в наследство от покойного сына императора Александра Александровича, который должен был стать Александром Третьим Миротворцем. За время его правления Россия не вела ни одной войны, и к череде кровопролитных конфликтов оказалась совершенно не готова. Правление же Николая Второго оказалось катастрофой. Тем не менее, это весьма влиятельная группа, которая уверена, что либеральные реформы надо сворачивать. И я в числе их сторонников. Не зря в моей реальности именно Александр Александрович сделал меня главой государственного совета. Я был его человеком. Тут мое назначение стало результатом давления на Александра Николаевича, да, додавили брателлу… совсем додавили, в лепешку. Так… а что у нас по другим группировкам? Либералы? Это мои противники. У них есть свое знамя — Константин Николаевич, старший брат. Впрочем, все почти осознают, что это выбор так себе, даже самые отъявленные противоконсерваторы. К этой группе близка партия высокопоставленных чиновников, обласканных Освободителем. Насколько я помню, после смерти отца Александр III их всех скопом отправил в отставку. Довольно грубо и непоследовательно поступил, нарушив все традиции. Следующие группировки, которые я называю, по привычке, партиями: проанглийская, профранцузская, тут не только масоны разных направлений, тут и аристократические клубы, и кружки «по интересам» при посольствах. Если проанглийская группа — тут все ясно, это враги: тайные, явные и по глупости, то франкофилы — тут сложнее, делать на них ставку? А к чему привел Россию союз с Францией? К Мировой войне! А не опереться ли нам на германофилов? Эта прогерманская партия не настолько влиятельна, но все-таки имеет своих сторонников, даже в государственном совете. Так… революционеры и террористы — это враги. И их придется искоренять. Если идти дальше, то у нас национальные группировки, которые будут добиваться своего: польские, финские горячие парни начнут колобродить. Обязательно! Надо будет наводить порядок, причем не стесняясь в средствах. Европа повопит — и перестанет. Куда ей, старушке, деваться? А вот еврейский вопрос — серьезный, как и сепаратизм окраин, которые спят и видят себя «национализировать». А еще необходимо решать вопрос с староверами. Обязательно надо решать, если помнить, сколько денег на революцию получили большевики именно от них, слишком сильно аукуются России последствия церковного Раскола. Отделить бы церковь от государства, а государству перестать вмешиваться в дела церкви. Так дудки — получить врага в лице церковников — это огромная глупость. Скажем так, на лояльность церкви я, надеюсь, смогу положиться. А дальше? А дальше посмотрим. Не могу планировать пока что на десятилетия вперед. Мне бы этот годик пережить, чую я, непростым он будет, непростым…
При прочтении этой бумаги Петра Алексеевича потряхивало от гнева и растерянности. У него в голове не укладывалось, как только такое могло стать возможным. Такой удар по империи и царской фамилии не должен остаться безнаказанным. Но кто? Как? Зачем? Почему? Что теперь делать? Такие вопросы задавали миллионы людей на бескрайних просторах великого государства Российского. Но Валуев был среди тех, кто должен был дать ответы на эти вопросы. Предательство? А надо ли поднимать на щит этот лозунг? Происки внешних врагов? Он чувствовал, что ноша эта ему не по плечу. Сейчас империи нужен сильный лидер. Он еще раз посмотрел список, оказавшийся перед его глазами. Это был список погибших членов дома Романовых.
1. Государь император Александр Николаевич, второй этого имени, шестидесяти одного года, был найден в проходе, неподалеку от столовой, в которой произошел взрыв.
2. Мария Александровна, супруга государя, императрица, урожденная принцесса Гессенская и Прирейнская, пятидесяти пяти лет, погибла в столовой. Бедная государыня, так настрадалась в последние годы жизни, а еще такая трагическая смерть!
3. Александр Александрович, старший сын государя, тридцати четырех лет, наследник престола, лидер консервативной партии.
4. Мария Федоровна, его супруга, датская принцесса, тридцати двух лет.
5. Николай Александрович, старший сын Александра Александровича, одиннадцати лет.
6. Георгий Александрович, младший брат Николая, восьми лет,
Господи! Зачем они взяли с собою детей? Вот, остались бы в Гатчине, детишек бы оставили дома! Их-то за что?
