А. П. Сейчас такое состояние мира, что, по-моему, нет ни тотальных союзов, ни тотальных конфронтаций — взаимодействие всех, даже, казалось бы, самых близких, например, Англии и США, идет через противоречия. Или же у таких противников, как КНДР и Южная Корея, возникает пленка контактов. По существу, Россия и НАТО — это сложный комплекс противоречий и сотрудничества. Этот комплекс постоянно меняет свои потенциалы, колеблется то в одну, то в другую сторону. Вы уже сказали о том, что сближает с Европой, с НАТО в том числе. А что болезненно для вас в сегодняшней натовской позиции и что мы можем в этом отношении сделать?

Д. Р. Наиболее болезненное для нас — это ощущение неискренности, проще говоря, вранья. Чем больше мы слышим рулады американской пропаганды, что ПРО — это миротворчество, тем больше хочется воскликнуть: «Не верю!» Зачем размещать какие-то системы рядом с нашими границами, да так, что все это хозяйство можно рассматривать с территории Беларуси в бинокль. Они прикрываются объяснениями уровня детского сада: якобы ПРО им нужно для перехвата пресловутых иранских и северокорейских ракет. И чем больше нас успокаивают, тем больше мы настораживаемся. И вот эта неискренность порождает недоверие. А отсутствие доверия порождает законное желание себя обезопасить. Как если бы мы размещали ракеты на Кубе и объясняли это опасностью, исходящей от колумбийских наркобаронов, могущих овладеть ядерными технологиями и обстреливать Дальний Восток. И всерьез, глядя в глаза нашим американским коллегам, говорили бы об этом.

Если же существует реальная угроза доступа неких экстремистских, человеконенавистнических сил к ракетным технологиям, к оружию массового уничтожения, то давайте вместе, поскольку это угрожает и нам тоже, решать данную проблему. Разработаем единую систему защиты, единое дежурство, систему обнаружения, перехват ракет. Или разведке дадим поручение — разработчиков подобного вида оружия нейтрализовывать. Но вместе! А нам говорят, что «мы вместе» и «давайте пить чай и шампанское», а втихаря сдают крапленую карту.

Второе — проблема Косово. Дело не в том, что русские любят сербов. Мы, пережив столько войн, потеряв столько родных и близких, не собрав всех косточек русских солдат, не можем себе позволить перекраивать архитектуру безопасности, которая хранила Европу последние шестьдесят лет. Косово и попытка создания там «абрикосово» или «кокосово» — это вытирание ног не о половик истории, а уже о саму историю. И почему клин сошелся именно на косоварах? Почему надо дать независимость представителям совершенно иной цивилизации, иной ментальности, нами еще непостижимой, которая к тому же все уступки воспринимает как нашу слабость?!

«Завтра», 2008, январь, № 3

<p>Александр Нагорный, Николай Коньков</p><p>Черная метка для Америки</p>Обама — президент кризиса

Победу демократа Барака Обамы над республиканцем Джоном Маккейном на Западе поспешили назвать чуть ли не главным событием XXI века — как будто одна из башен-близнецов WTC уже восстала из руин и вот-вот сама собой поднимется вторая… Телевидение активно демонстрирует полную, от Америки до Африки, эйфорию «глобального мира» по этому поводу, намекая на то, что пресловутый «синдром 9/11» наконец-то остался в прошлом, а вызванные им конфликты и кризисы вот-вот будут преодолены. Всего-то и нужно было: правильно избрать нового, 44-го президента США. И «афроамериканец» Обама — это как раз правильный выбор. Великая нация никогда не ошибается.

Такова официальная картина, выставленная для всеобщего обозрения и одобрения. Однако за этим лубочным благолепием при минимальной смене угла зрения можно рассмотреть совершенно иные и куда более интересные сюжеты. В том числе — и напрямую касающиеся России.

Перейти на страницу:

Все книги серии Если завтра война

Похожие книги