— Да? — Он окидывает испытующим взглядом мое разгоряченное тело. Будто пожирает им. Нежно касается открытых плеч.
— Да, — киваю рефлекторно, исследуя его в ответ.
Сейчас он в черной футболке и спортивных штанах. Закрытый. Защищенный. Чего не сказать обо мне… Я стою в одной лишь ночной сорочке, под которой ничего нет. Абсолютно.
И Альп это видит.
— Красивая моя… — Он понижает тон. — Дари, ты…
Его рука касается спадающей лямки, которую он тут же тянет вниз. Затем и вторую.
— Что? — Я прикусываю губу, когда он убирает за спину влажные волосы.
Меня трясет. А душу вновь охватывают сомнения. С одной стороны, я поступаю правильно, доверившись ему, вновь открыв сердце… Он доказал, что достоин этого. Он защищал нас. Но с другой, я так сильно боюсь повторения… Того, что Альп может снова отвернуться от меня …
Однако сейчас все разумные доводы улетучиваются, от каждого прикосновения мужских сильных рук пробуждается невыносимое томление.
В карих глазах вспыхивает настоящий огонь, когда ночная сорочка спадает к моим ногам, оставляя меня обнаженной.
— Ты прекрасна.
Тяжело сглотнув, я делаю глубокий вздох, бросая взгляд вниз. На натянувшуюся ткань штанов в зоне паха Альпа, что так красноречиво демонстрирует степень его возбуждения.
Кожа покрывается мурашками. Собственная реакция пугает. Кажется, прошла вечность с нашей последней близости. Я совсем забыла эти ощущения, будто они были в далеком прошлом и не со мной.
— Черт… — Он наклоняется, притягивая меня к себе за талию. — Как же долго я этого ждал. Как же давно хотел…
— Чего? — Мой голос дрожит. Я не в силах сдерживать себя и собственные чувства. Они рвутся наружу, как вихрь.
— Тебя. Только тебя одну.
Его губы обрушиваются на мои. Пальцами он зарывается в мои волосы, прижимая к своему сильному телу, не оставляя ни единого шанса на отступление.
Альп подхватывает меня на руки и несёт к кровати. Аккуратно опускает меня на нее. Обводит горящим взглядом и начинает раздеваться сам. При этом не отрывает от меня глаз, которые с каждой секундой все больше чернеют, как расплавившийся темный шоколад.
А меня душат противоречивые чувства. Страх пускает корни.
— Дарина… — Его губы касаются моей шеи. Покрывают долгими поцелуями. — Чего ты боишься? Скажи…
— Ты знаешь, — сдавленно отвечаю я.
— Не бойся, слышишь? — говорит он. Смотрит в глаза, нависая сверху. Вижу, что сам на грани, но сдерживает себя. — Я тебя не обижу. Клянусь. Больше никогда.
Я киваю. Потому что верю. Верю ему беспрекословно. Теперь — да.
Обнимаю Альпа настолько крепко и отчаянно, что, кажется, из глаз вот-вот хлынут слезы. Я плачу сквозь смех, а он вдруг начинает спускаться вниз, покрывая поцелуями мою грудь, живот, ребра… Все, что попадается на пути.
Я рвано выдыхаю, но Альпарслан не останавливается. Его руки скользят по моему телу, оставляя горячие следы. Нежная кожа горит от пылких прикосновений. Горячая истома проходит от макушки до пят.
— Больше не будет никаких слез, Дари… Я позабочусь о вас, — обещает он, касаясь кончиками пальцев запретной зоны, и я закрываю глаза, позволяя ярким ощущениям управлять собой.
От переполняющих эмоций и сладостной агонии я выгибаюсь. Громкий крик рвется наружу, когда электрические разряды концентрируются внизу живота, взрываясь невыносимым фейерверком. Во рту становится сухо, словно я нахожусь в пустыне, и так жарко, что я вот-вот умру от жажды.
Я сжимаю пальцами простыню, глотаю ртом остатки воздуха.
А уже в следующий момент Альп оказывается внутри меня.
— Люблю тебя, — шепчет он с надрывом, совершая первый толчок. Не перестает осыпать мое лицо поцелуями, будто пытаясь догнать сразу дни, месяцы, годы, которые мы провели в разлуке. — Люблю тебя, Дари… Слышишь?
Я киваю, позволяя ему окунать нас в порочное чувственное удовольствие… И Альп это делает. Жадно. Немыслимо долго. Неистово, ни на миг не выпуская меня из своих цепких рук.
И мне хочется не думать ни о чем кроме того, как просто быть с ним рядом. Наслаждаться тем, что мы дорвались друг до друга. Такие раненые, но ещё несломленные. Вместе.
Как же приятно просыпаться, чувствуя, как тебя ласкает любимый мужчина! Шепчет приятные слова… Я успела забыть эти ощущения. Однако Альп напоминает о них… старается изо всех сил. Я вижу, как он смотрит на меня: иначе, не так, как пару лет назад. С теплом, с неким сожалением за потерянное время и любовью, которую он теперь показывает каждый день.
— Проснулась?
Хриплый ото сна голос вызывает на коже табун мурашек. Сильные руки мужа обхватывают мою талию.
— Проснулась. — Обернувшись к нему, заглядываю в темные глаза. — Каан…
— Он спит, — не даёт Альп договорить. — Я только что был в детской, — улыбается он. — Воды выпил и сразу же заснул.
— Он любит воду и сок. — Я касаюсь пальцами колючей щеки мужа. — Какой час? Нам на работу не пора?
— Пора. — Уткнувшись в мою макушку носом, Альпарслан вдыхает аромат моих волос. — Дарин, я хочу с тобой поговорить. Знаю, что повторяю это почти каждый день, но скажу ещё раз…
— Не начинай снова.
