Однако влияние неоязычества и фашистской идеологии заметно не только у бритоголовых отморозков, достаточно упомянуть лишь ныне покойного композитора Сергея Курехина. Под влиянием Дугина, долгое время являвшего идеологом Национал–большевистской партии, языческие фантазии стали популярными и у нацболов. Любопытны в этом отношении воспоминания одного из разочаровавшихся последователей Лимонова, описывающего общую жизненную ситуацию, в которой пребывают молодые люди лимоновского круга. Упоминание языческой проповеди соседствует здесь с рассказами об экспериментах в области наркотиков, «челночных» поездках за границу и бесконечной неустроенностью повседневной жизни, которая провоцирует подобные занятия и увлечения[377].
Кажется более основательным то увлечение расовым оккультизмом, которое прослеживается у некоторых членов РНЕ, утверждающих идеалы Белой Расы. Это относится и к лидеру РНЕ Баркашову, который сочетает принадлежность к катакомбной Истинно Православной Церкви с поездками по буддийским монастырям[378]. Особое пристрастие к буддизму, напоминающее о подобных увлечениях в кругах нацистской элиты, проявилось в ситуации, имевшей место в Санкт–Петербурге в сентябре 2002 года. Пресс–секретарь петербургской расистской Партии Свободы Лев Нечипуренко, зарегистрировавший себя в качестве лидера буддийской общины, захватил и некоторое время удерживал под своим контролем помещение петербургского буддийского храма. В борьбе с буддийскими монахами Нечипуренко опирался на поддержку военизированной молодежной группы.
Иначе определил направление своей деятельности лидер петербургской «Общины волхвов «Схорон еж словен»» (она же — «Шаг волка») Владимир Голяков, который объявил своими врагами иностранных проповедников и правозащитников. 21 июня 1995 г. Голяков вместе со своими единоверцами захватил в качестве заложников представителей американской религиозной организации «Церковь Иисуса Христа Святых Последних Дней» (мормоны). Их избивали, под угрозой расстрела заставляли хрюкать и т. п.[379] После того, как состоявшийся по этому делу судебный процесс был фактически сорван сотрудниками правоохранительных органов, усилиями которых потерпевшие не смогли присутствовать на суде (американцам не продлили визу и тем самым вынудили покинуть Россию), Голяков продолжил свою борьбу, совершив летом 2003 года нападение на петербургский офис правозащитной организации «Мемориал». В этом случае он был все–таки приговорен к пятилетнему сроку, впрочем, условно[380].
Среди прочих неоязыческих организаций особого внимания заслуживает московская Церковь Нави, о чьем союзе с сатанистскими группировками я уже упоминал ранее. Активный участник как Церкви, так и сатанистского «ордена Черного дракона» Михаил Науменко, 4 сентября 1999 г. был арестован по подозрению в организации взрывов у стен столичных синагог, которые состоялись в мае того же года[381]. Вокруг сатанистских союзников Нави «ходят многочисленные слухи, касающиеся источников финансирования организации — назывались и контроль над наркооборотом, и подпольная торговля человеческими органами и оружием, и даже заказные убийства. В любом случае, организация явно не бедствует. Пропаганду сатанисты ведут как среди молодых поклонников тяжелой музыки, так и среди скинхедов — представителей неонацистского молодежного субкультурного движения»[382].
На почве этой деятельности сложилась идеология своеобразного «национал–сатанизма», активным пропагандистом которой является близкий к НБП[383] популярный радиоведущий Георгий Осипов, объясняющий молодежной аудитории, что
Кажется, что некий «черный след» уже с самого начала отмечал деятельность неоязычества. Один из первых его идеологов, скончавшийся в 1999 году Валерий Емельянов, совершил в 1980–м убийство своей жены Тамары с последующим расчленением тела, после чего оказался в психиатрической лечебнице им. Сербского. Благодаря своим высоким покровителям Емельянов находился там на привилегированном положении и надолго не задержался. Выйдя из лечебницы, он примкнул к «Памяти», а после раскола этой организации стал главным идеологом группы, выпускавшей газету «Русская Правда». Как уверяли следователи, именно к последователям Емельянова вели некоторые нити так и оставшегося нераскрытым убийства отца Александра Меня[385].
