День девушки начался слишком рано и слишком громко ― ей названивали чуть ли не с шести утра. Джун Хи, которая и разбудила Ми Ён ещё в полшестого и вовсе обнаглела по мнению Шин. Это ж надо было поднять на ноги, поздравить полуживое тело с праздником и ускакать на работу, оставив тушку в свой выходной в таком состоянии с самого утра. Не выспавшемся и от всего раздражённом состоянии. Хотя частично брюнетка была благодарна подруге. Если бы Кан буквально пинком не скинула её с кровати, вручила подарок, заобнимала почти до удушения, а потом благоразумно свинтила, то Шин бы разбудили назойливые звонки. Сначала от отца, потом от брата, а потом… Ми Ён никогда в жизни не могла предположить, что у неё столько родственников и знакомых. Особенно тех, кто помнил или хотя бы знал о её Дне Рождения. Большинство из них ей пришлось поспешно вспоминать во время уже самого разговора. А состояние девушки только усложняло этот процесс ― она буквально засыпала на ходу. А в итоге, когда всё же отрубалась с телефоном в руке, то подскакивала от очередного звонка.
— «Родиться» ещё не успела, а меня уже не оставляют в покое! — бурчала брюнетка и вялой походкой шла в сторону ванной комнаты. — Самый лучший подарок, который они могли мне подарить ― это сон! Они хотя бы на часы смотрели?
Она ещё могла понять её иностранных знакомых, которые неведомо по какой причине всё же решили её поздравить. Разница во времени давала о себе знать и у них был ещё вечер предшествующего дня. Но вот зачем жителям Кореи ей трезвонить ни свет ни заря, девушка не понимала совершенно. Родилась-то она в обед!
Шин провела все нужные водные процедуры и немного взбодрилась. Она пошла на кухню, решившись приготовить праздничный завтрак ― нужно же хоть чем-то себя побаловать в этот день, да и уснуть она уже не сумеет. Мобильный телефон, как и прежде, был при ней, а то мало ли, кто ещё соизволит выказать ей своё почтение, а заодно и напомнить о том, что она медленно, но верно стареет. Положив его в карман пижамных штанов, девушка стала готовить завтрак. Кулинар из неё, конечно, был весьма посредственный, но она это признавала открыто и не брезговала чуть ли не наслаждаться своими творениями. За шесть лет самостоятельной жизни даже лапша быстрого приготовления шедевром кулинарии покажется, особенно для вечно голодного и злого студента.
Ми Ён готовила и напевала себе под нос незамысловатую мелодию. Настроение само как-то улучшилось, и девушка была этому рада, ровно так же, как и великому изобретению человечества ― рисоварке, без которой ей было очень тяжко в Англии. Её мысленные восхваления технологического прогресса прервал жужжащий в кармане телефон ― она всё же решила избавиться от звукового уведомления сообщений сразу как приобрела новый телефон. Девушка вытащила сотовый и, продолжая помешивать одной рукой странную жижу из овощей на сковороде, второй разблокировала телефон и открыла новое сообщение.
«Заеду вечером, будь готова. И это не обсуждаться и отказы не принимаются.»
Ми Ён хмыкнула себе под нос и мотнула головой. Не надо было быть гением, чтобы понять от кого сие весьма «эмоциональное» сообщение. Юнги в своём репертуаре.
— Холоден, как всегда, — констатировала ровным голосом Шин, хотя её губы сами по себе расплылись в улыбке.
Возможно, ей и хотелось бы ему как-то возразить, но ― not today, как сам часто любил цитировать их же песню Мин. Сегодня она не была настроена на взаимные подколы. К тому же, девушка действительно была свободна, а из-за работы Джун так и вовсе уже успела за это утро несколько раз оценить перспективу провести собственный День Рождения в одиночестве. И она пришла к одному выводу ― ей это не нравилось. Именно поэтому она уже хотела написать положительный ответ, но не успела. Практически минуту спустя после первого сообщения, пришло второе. Куда более краткое.
«Люблю тебя»
Шин не смогла сдержать улыбки, просто представив как Юнги пересиливает что-то внутри себя и в нерешительности пишет эти два слова, после чего отправляет и моментально жалеет об этом, желая вернуть «улетевшего воробья в клетку». Это казалось таким милым, что у девушки просто не было сил удержаться и не прижать телефон к груди. Был бы парень здесь Ми Ён однозначно захотела бы потрепать его за щёчки, как маленького засмущавшегося мальчика, который по-детски неловко и мило признался в симпатии такой же малышке. Но Шин знала, что Юнги уж точно такого порыва не одобрил бы и только недовольно закатил бы глаза.
Тряхнув головой и выкинув оттуда странный и непонятно откуда взявшийся образ Мина, которому от силы годика четыре, что не мешало ему серьёзно и свысока смотреть на весь мир ― свэг же, брюнетка стала писать ответ.
«Хорошо. И я тебя люблю.»
Довольно улыбнувшись себе, когда увидела, что сообщение прочитано, девушка отложила телефон, точно зная, что больше он её не потревожит. Про ещё около пяти поздравляющих она тогда ещё не знала. Но что-то её начало беспокоить ровно в тот момент, когда лопатка снова коснулась дна сковородки и овощи, смещённые с прежнего места, зашипели.