Уютно – первое, что приходит в голову. Комната отделена светлым деревом, на полу большой пушистый белый ковер, двуспальная кровать с множеством подушек. Большое кресло возле панорамного окна со светлыми тяжёлыми шторами.
– Мне очень нравится, – подхожу к окну, а там сплошной лес. – Теперь я понимаю, почему вам здесь нравится, – спокойно говорю, всматриваясь в окно.
– Вот и замечательно, Оксан, рад тебе угодить, – усмехается он. – Следующий раз ты благодаришь меня, говоришь – спасибо за заботу Назар, мне нравится.
– А если мне не нравится? – усмехаюсь я. – Лгать? – мне почему-то становится весело и легко. Это какой-то волшебный дом, здесь пропадает тревога и волнение.
– Нет, правило первое – никакой лжи! Даже самой маленькой, даже во благо!
– Да, мастер, я поняла. Спасибо, мастер, мне все нравится, – с игривой улыбкой произношу я. – Я правильно к вам обращаюсь, мастер?
– Форму обращения мы обсудим, когда придет время, сейчас просто – Назар. Располагайся и спускайся на веранду к завтраку. Не задерживайся, – он отдает четкий приказ, становясь опять холодным – видимо, чтобы я не забывала, что он не милый и мягкий, каким кажется.
Еще раз осматриваю комнату, захожу в ванную, мою руки, поправляю прическу, осматриваю себя в зеркало, понимая, что так и не удалось скрыть макияжем уставшие глаза. Здесь столько свежего воздуха, что хочется распахнуть окна и лечь спать, укутавшись в теплый плед. Провалиться в глубокий сон и несколько часов пробыть в забытье.
На улице начинается лёгкий дождик, и, чтобы не замёрзнуть на открытой веранде, я переодеваюсь в бежевый костюм с серебряной вышивкой бабочки на груди, удобные балетки и спускаюсь вниз. На веранде никого нет, но стол уже накрыт. Фрукты, сок, сыр, мед, орехи, творог с ягодами, тосты, масло, ветчина и ароматный кофе, сливки. Все свежее и пахнет вкусно, но есть не хочется. Сажусь в удобное кресло, подпираю подбородок и смотрю на дождь. Усиливается запах озона и травы, и я дышу полной грудью – в городе и правда душно, а здесь легко и свободно.
Слышу позади шаги, к столу подходит Назар, следом за ним собака, он садится напротив, а пёс ложится у его ног.
– Ты выглядишь уставшей. Не выспалась? – спрашивает Назар.
– Да. Есть совсем не хочется. Я выпью только кофе, – добавляю в чашку сливок и делаю глоток.
– Нет, завтрак очень важная часть рациона. Ты должна немного поесть. – Это не просьба.
Вспоминаю, что спорить с этим мужчиной нельзя, беру творог, поливаю его медом и демонстративно ем, смотря, как Назар намазывает масло на тост. Усмехаюсь, когда понимаю, что он прав. Творог вкусный, аппетит просыпается сам собой, и я уже тоже хочу тост с сыром. Завтракаем мы под шум дождя, не разговаривая. В какой-то момент ловлю себя на том, что смотрю на руки мужчины и жгуты переплетённых вен. У него такие сильные и сексуальные руки. Руки, которые, наверное, умеют ласкать, а не только причинять боль.
– Итак, почему ты не выспалась? – спрашивает Назар, когда мы заканчиваем завтрак.
– Просто бессонница… – уклончиво отвечаю, и Назар хмурится скептически, поджимая губы, недовольный моим ответом.
– Начнем с правил, – он откидывается в кресле, опуская руки на подлокотники, изучая, скользя взглядом по моим пальцам, которыми я мну льняную салфетку. – Первое правило я уже огласил – никакой лжи и фальши. Ненавижу, когда мне врут, даже по мелочам. Второе – ты искренна со мной, никаких уклончивых ответов. Мы будем много разговаривать о жизни, увлечениях, прошлом, чувствах, сексе и многом другом, и я хочу знать все и получать честные развернутые ответы. Как доктор, которому нельзя лгать или недоговаривать. Иначе все это бесполезно. Третье – доверие. Ты должна мне полностью доверять. Я понимаю, что доверие не приходит по щелчку пальцев, но все же постарайся себя преодолеть. Я не причиню тебе вреда, и все останется между нами. И главное – в любой момент ты можешь уйти. Никто тебя не держит, ты здесь добровольно. Пока это все. Понятно? Есть вопросы?
– Нет, – допиваю кофе и перевожу взгляд во двор.
Дождь заканчивается, оставляя прозрачные капли на цветах и листве.
– Теперь расскажи, по какой причине ты не спала сегодня ночью.
Значит, он хочет правду. Ну что же, наверное, он снова прав, и мне нужно высказаться. И лучше делиться болью и внутренними переживаниями с человеком, которого не знаешь.
– Я много думала о вас, о клубе, пытаясь понять, нужно ли мне это все. Честно, посреди ночи я приняла решение не ехать сюда. Потому что это походит на сумасшествие.
– И почему ты изменила решение? – выгибая бровь, с интересом спрашивает Назар.
– Утром приехал Глеб за сыном… – В горле встаёт ком, и все слова теряются.
Назар какое-то время молчит, позволяя мне прийти в себя, но я чувствую на себе его взгляд.
– Ты его любишь? – вдруг спрашивает он.
– Я не хочу об этом разговаривать, – сдавленно отвечаю.
– Оксана! Мы договорились! – настаивает он.
– Да, я до сих пор его люблю. Понимаю, что это ненормально и это больная любовь, но… – на одном дыхании отвечаю я и вдыхаю свежий воздух.
