– Живо назад, – приказал Вячеслав, передавая фонарик Михею. И теперь уже тот стал предводителем, а Батя – замыкающим. Они ускорили шаг, стараясь как можно скорее добраться до отростка подземной норы, уходившего в сторону.
Но не успели.
Впереди, в тусклом свете фонаря, через жерло туннеля протискивалось склизкое, бесформенное тело. Будто огромный слизень полз в их сторону. Михей успел разглядеть боковой ход, а через секунду туша монстра скрыла его, двигаясь к беглецам. Путь назад был отрезан.
Да, червь ползал не так быстро – куда медленнее, чем двигались они. Но теперь бежать было некуда – позади тупик. Михей вдруг с ужасом понял, что им придется смотреть, как тварь будет пожирать их, одного за другим, пока не дойдет очередь до самого последнего. Вот уже и последний изгиб туннеля – а за ним скользкая глиняная стена. Конец их пути, конец жизни.
– Что делать-то? – крикнул парень. Теперь ему стало по-настоящему страшно. Он не так боялся, когда их поймали там, в деревне, когда волокли к вождю и кидали в яму. Ведь тогда еще оставалась надежда. А сейчас они упустили последний шанс на спасение.
– Пусти! – крикнул Вячеслав. Он протиснулся вперед, закрывая собой Михея и остальных. Без оружия, без ничего, он встал на защиту друзей, загораживая их от монстра. Краем глаза Мишка увидел, как девушка позади него медленно сползла по стене. Кажется, она потеряла сознание, но сейчас было не до нее. «Нашла время!» – подумал парень. А тем временем исполинский слизень надвигался на них.
Несколько долгих секунд – и туша монстра появилась из-за поворота. Дохнуло гнилью и кислятиной, и Михей наконец-то смог рассмотреть ползущую на них смерть. В пляшущем свете фонаря слизень казался жутким – колыхающаяся желеобразная масса без глаз и с огромным ртом, усеянным рядами мелких зубов. Бригадир шагнул вперед – последний неравный бой он принимал без оружия в руках.
Но вдруг что-то случилось. Монстр замер, и студенистая масса его тела пошла волнами. А потом изо рта слизня вырвался гулкий рев. Оставляя на стенах клочья слизи, исполинская туша медленно сдала назад. Червь словно вмиг потерял интерес к потенциальной добыче и теперь отступал, напуганный чем-то. Ошарашенный Батя, готовый уже принять смерть, смотрел вслед монстру. Он словно не верил, что тварь, готовившаяся их проглотить, почему-то вдруг передумала и отступила.
– Да вставай же ты, – раздалось из-за спины Михея. Парень обернулся и увидел, что Леха тормошит девушку. Та полулежала на грязном полу туннеля, глаза ее закатились. У Эстета никак не получалось расшевелить бесчувственное тело. Сзади что-то лопотал Матвей. Бригадир поспешно глянул назад и скомандовал:
– Хватайте ее и драпаем, пока этот не опомнился!
И Михей, подхватив под мышки бесчувственное тело, шагнул за Вячеславом. Девушка оказалась на удивление легкой. Идти было жутко неудобно – приходилось сгибаться под низким потолком, да еще мешала тяжесть незнакомки, которую парень тащил волоком. Они слышали, как впереди отступал червь, словно вдруг увидел в них сильных врагов. Мишка выглянул из-за спины бригадира. Слизень по-прежнему пятился, обнажая боковой отросток туннеля. И парень понял, что им дают возможность спастись. Нельзя было упускать свой шанс – когда еще судьба так же расщедрится на удачу? И друзья бросились вперед, к спасению.
Туннель уводил в противоположную сторону от поселения дикарей. По крайней мере, так казалось Михею, но под землей плохо получалось ориентироваться. Вернуться все равно никто бы не отважился.
Парень очень надеялся, что подземные монстры остались позади и больше не потревожат их. Но нельзя было просто так списывать опасность со счетов – вряд ли тут водился только один червь. Минут через десять отчаянного бега Матвей снова упал на колени, надсадно закашлял. Ему не хватало воздуха. Но тут же из тьмы боковой норы потянуло гнилью и донесся хлюпающий звук, и Батя рывком поднял мужчину на ноги.
– Давай, давай! – подгонял бригадир. – Потом разлеживаться будем!
– О-о-ох! – выдохнул Матвей, но выбора у него не оставалось. Сзади его подгонял Эстет. Михей по-прежнему тащил девушку на себе, и руки его постепенно наливались усталостью. Мышцы одеревенели, хотелось сбросить тяготившую ношу. Они уже не считали повороты и развилки. Лишь бы вперед, к спасению. К жизни.
– Чуете! – крикнул Батя. – Сквозняком потянуло. Поднажмите!
И они поднажали. Бригадир, казалось, и вовсе не ведал усталости. Свод земляной пещеры стал выше, и теперь можно было идти в полный рост. Когда Мишка попросил остановится и передохнуть, Батя молча принял у него бесчувственную девушку и приказал бежать вперед. Парень удивлялся – из какого колодца Вячеслав силы хлебает? Вот бы и ему оттуда зачерпнуть. Казалось, бегство из подземелья выжало всех, но бригадир словно вливал в друзей бодрость, и, глядя на него, Мишка верил, что они спасутся.
