Дениса не покидает тревога – успеют ли казаки прикрытия оторваться от преследования и переправиться на этот берег. Так проходит ещё несколько томительных минут, но вот, наконец, из-за поворота, в клубах пыли появляются первые степные лучники, за которыми скачут и казаки. Вот и настил моста зашумел, наконец, под копытами казачьих и низкорослых степных коней. На лицах степняков довольные ухмылки, притороченные к сёдлам колчаны большинства из них пусты. Несколько стрелков, у которых ещё остались стрелы, останавливаются на этом берегу и, не соблюдая никакого подобия строя, гарцуют у самого уреза воды. Денис не понимает, на что они рассчитывают, ведь расстояние до того берега слишком велико. Штуцерная пуля конечно долетит, и по плотной колонне преследователей можно было б дать залп, только вот штуцера здесь только у него одного, да, может, у офицерика пионера. Из гладких солдатских ружей с такой дистанции палить – зря переводить порох, пули-то долетят, но попасть можно только случайно. Тем временем из узких каменных улочек на том берегу показываются первые французы. Вспыхнули на солнце сверкающие панцири кирасир и горящие полированной бронзой хвостатые шапки драгун. Их старание настигнуть и смять кучку казаков и «северных купидонов» столь велико, что они разом бросают коней по крутому извилистому склону к мосту. И вот тут происходит невероятное: сперва Денис слышит совсем непохожие на выстрелы глухие хлопки справа и за спиной, воздух наполняется тучей поющих свою дикую песню стрел, а потом на противоположном склоне происходит свалка. Валятся из сёдел драгуны, рвутся во все стороны обезумевшие раненые лошади, а стрелы всё продолжают лететь, и, что самое поразительное, находить свои жертвы даже среди кирасир, которым степные лучники умудряются попадать в неприкрытые головы. Поток стрел внезапно заканчивается, окончательно опустошившие свои колчаны степняки с довольными лицами удаляются по дороге, а на том берегу, обозлённая регулярная конница переходит на галоп. Впереди, на тонконогом коне со шпагой в руке скачет фигура в ярко-жёлтом канареечном наряде, с длинными развивающимися волосами и летящим по ветру пёстрым шарфом. Неужели сам Мюрат? Кто же ещё во всей французской армии может себе позволить так выглядеть! Фигура в фантастическом одеянии первой влетает на мост, и тут раздаётся мощнейший взрыв. За густыми облаками порохового дыма видны обломки разлетающихся пушинками аршинных брёвен, с рёвом и треском огонь закручивается в алые жгуты. Полыхнуло действительно знатно, не обманул Никитченко, только опять совсем немного, но поспешил. Ясно это стало, когда дым рассеяло набежавшим ветерком и на том берегу стали видны фигуры уцелевшего герцога Бергского и кирасир.
Из состояния задумчивости Дениса вывел Грибоедов. Пока Денис предавался воспоминаниям, Александр Сергеевич успел разузнать состояние пути. Вести были неутешительны: в районе Крестовой горы случился сильный обвал, так что лошади пройти не могут. Там уже скопилось довольно много солдат из направляющегося к Ермолову подкрепления, они разбирают завалы, но на сколько это затянется никто не знает.
Завалы задержали друзей в пути на несколько дней, и в Тифлис они прибыли только 10 сентября, зато дальше проблем у Дениса не возникало. Ермолов встретил любимого кузена очень ласково, хоть сам был и невесел: он опасался опалы нового царя из-за задержки с присягой возглавляемого им Отдельного кавказского корпуса.
Денису легко и без лишнего шума удалось получить у брата отряд и карт-бланш на операции в тылу противника, такова была репутация старого партизана. Уже через три дня после прибытия в ставку Ермолова они дружески распрощались с Александром Сергеевичем Грибоедовым, и Денис отправился в Джелал-Оглы принимать командование отрядом из девяти рот пехоты, конной артиллерийской бригады, ста пятидесяти казаков и шести сотен конных грузинских ополченцев, оставшихся верными империи.
Официальной целью рейда была дезорганизация вражеских тылов и нанесение деморализующих ударов по важнейшим объектам врага. На самом деле агентура Грибоедова донесла о том, что для координации совместных усилий по борьбе с Россией в Килиюдже на следующей неделе планируется большая встреча местных князей, перешедших на сторону противника. Денис решил, что это его шанс, ведь именно эти люди могли иметь отношение к убийству Александра, а если и нет, то сорвать такую встречу в любом случае было необходимо, чтобы быстрее завершить войну.
Подготовка рейда не заняла много времени, и спустя два дня отряд тихой безлунной ночью покинул осаждённый Джелал-Оглу. Минуя Безобдал, солдаты спустились в долину Мирака, где расположились на отдых утомлённые тяжёлыми маршами по горам войска Гассан-Хана. Не ожидавшим нападение персам было нанесено сокрушительное поражение, а ободрённые первой победой русские перешли границу и ускоренным маршем направились к Килиюдже.
