В эту секунду я подумала, что бывший муж накинется на родную мать с кулаками. Владлена Игоревна побледнела и резко замолчала, сделав шаг назад. Любовница тоже заткнулась. К моему великому счастью, улыбки исчезли с их лиц.
– Мама, я предупреждал, чтобы не смела так говорить о Маше, иначе можешь забыть о том, что у тебя есть сын!
– Да как ты можешь? Я растила тебя, ночами не спала, – заводит старую песню.
Смотреть противно. Как я могла не замечать, что живу в дурдоме?!
Мне настолько надоедает этот цирк, что я просто ухожу. Расталкиваю двух женщин и направляюсь к лифтам. Конечно же, незаметно улизнуть не удалось, буквально за секунду до закрытия створок муж врывается за мной.
– Маш, я знаю, что поступил как скотина, предал и обманул доверие, но давай поговорим спокойно, обсудим все, у нас еще есть шанс.
– Ты сейчас серьёзно? – в моем голосе смесь удивления и возмущения. – Очнись, ты изменял мне, твоя любовница беременна, все кончено, Герман, назад пути нет, с этого момента наши дороги расходятся.
Говорить больно, от этих слов больно. Нас венчали, он сам на этом настоял, обещал перед богом любить и заботиться, а вот верность из списка обязательств он решил вычеркнуть. Жаль, что меня забыл предупредить, может, тогда я не была бы такой дурой.
– Я не смогу без тебя.
Ложь, я больше не верю.
– Ну ребенка же ты как-то заделал без моего участия, значит, и жить сможешь. – Сглатываю вязкий ком и отворачиваюсь: он не должен видеть мои слезы. – И адрес наш, как я посмотрю, она знает. Надеюсь, ты хотя бы постельное белье менял после ваших игр. – Как же противно от его присутствия, от своего участия в этом всем.
– Да не нужны мне ни она, ни этот ребенок, и я никогда не приводил ее в нашу квартиру. – Обнимает меня, несмотря на протест. Нет сил на сопротивление, просто не реагирую. – Я бы поверила, будь это один раз, но вы спали полгода. Господи, да мы женаты всего три года, вместе чуть больше четырех лет, а ты уже гуляешь на стороне. – Собираю остатки воли и отталкиваю его.
В этот момент лифт останавливается, и я стремительно выбегаю. Не могу находиться рядом с ним в замкнутом пространстве.
– Хватит, Гера, я подаю на развод. – Выставляю вперед руку, не позволяя подойти ближе. В его глазах стоят слезы, он смотрит на меня и не верит в сказанные слова. Я точно знаю, ведь ощущаю то же самое. Вот так просто наш брак распался меньше чем за сутки.
– Машка, не оставляй меня, я же без тебя сдохну.
Я без тебя тоже, а ты очень скоро забудешь меня.
Качаю головой и ухмыляюсь.
– Наверное, она того стоила. Прощай, Герман.
Ухожу, оставляя его стоять возле подъезда и наблюдать, как мы с Ритой стремительно уносимся прочь.
Глава 6
Герман
Смотрю, как старенький автомобиль трогается с места, и не могу поверить, что на этом все кончено. Нет, нет, Машка остынет, мы снова поговорим, и я вымолю прощение. Она любит меня и не сможет так просто уйти, не сможет оставить меня.
Машка просто вспылила, сейчас ей нужно остыть, побыть вдали от меня и нашего дома, возможно, не скоро, но она соскучится и позволит мне снова быть рядом.
Авто Ритки скрывается за поворотом, а я до сих пор не могу сойти с места, смотрю на дорогу и надеюсь, что Машка вот-вот вернётся ко мне. Вчера я точно был уверен, что моя жена поедет к подруге, но не стал напирать, сделал бы только хуже. Ушел, не оглядываясь, и очень долго сидел в машине под подъездом. Потом кое-как вернулся домой и напился до беспамятства. Я чертовски виноват перед ней. Изменял, лгал, поддался мужской слабости и готов до конца жизни просить прощения и носить любимую на руках. Мы найдем способ забыть об этом, но исправлять ситуацию нужно прямо сейчас.
В квартиру возвращался с желанием убить сразу двух женщин. Мать за то, что снова и снова пытается унизить Машу, и Виолетту за ложь. Посмела же зараза прийти ко мне домой. Я не врал Маше, любовница никогда не была у нас дома, но, как и многие сотрудники, она знает мой адрес.
Однако, войдя в квартиру, я обомлел от открывшейся картины. Обе женщины сидят на кухне, моей кухне, пьют чай и мило болтают с улыбками на лицах. Это еще что за фокусы? На меня им плевать, не замечают или делают вид, что не замечают моего появления. Громко кашляю, ноль реакции.
– Какого хрена? – ору не своим голосом.
Виолетта делает испуганный вид, хвастается за живот и чуть ли не выдавливает из себя слезы.
Никудышная актриса, но мама верит и даже проникается трагичностью истории.
– Сынок, как ты можешь так обращаться с беременной невестой? – это было сказано с таким сочувствием, что я почти поверил.
– Опа, интересные новости вырисовываются. – Чуть подаюсь вперед, чтобы посмотреть в глаза лгуньи. – Когда это ты моей невестой стала? Вроде бы только вчера была просто дыркой для снятия стресса.
Ну и, конечно же, она начинает рыдать. Громко, надрывно, всхлипывая через каждый вздох. Мама, естественно, не сидит на месте, утешает бедняжку, а я едва сдерживаюсь, чтобы не вышвырнуть обеих.
Одна секретутка, которая смогла забраться ко мне в штаны и запудрить мозг, и одна эгоистка, которой плевать на всех, включая меня.
