Судьба зачастую бывает обманчива. Она может бережно вести тебя за руку, а потом резко толкнет в бездонную пропасть. Сколько раз герои становились тиранами? Сколько раз товарищи предавали ради возможности ублажить собственную жадность? Никто не считал. Но когда нужен убийца или предатель, его всегда находят, и тогда возникает вопрос цены. Цены верности.
Лучи клонящейся к горизонту звезды окрасили облака над океаном в красные цвета. Лёгкие волны неторопливо накатывали на заснеженный берег, который словно хищник ощетинился грубо сколоченными из досок причалами и, омывая небольшой участок суши, обнажали крупную гальку. Возле деревянных настилов, на воде покачивались привязанные к столбикам лодки.
Над ними кружились синие чайки, привлеченные запахом легкодоступной пищи, а самые смелые из стаи, иногда пикировали вниз и, ухватив клювом, лежащую на сетях рыбу, уносились прочь. Никто не мешал им таскать доставшийся тяжелым трудом улов, и стоило лишь немного задрать голову вверх, чтобы понять почему. От горящего на холме поселка в небо поднимались плотные столбы дыма, уносящие с собой хлопья серого пепла.
По мере приближения от пристани к поселку, запах гари становился невыносимым и дополнялся ароматами пролитой крови и горящей шерсти, а возле остовов догорающих домов, изломанными куклами лежали тела местных жителей. Всех до единого. Они пали от клинка обезумевшего рыцаря, да и его самого уже нельзя было называть живым.
Рыцарь стоял на краю поселения, уткнувшись коленями в снег, и смотрел на горящие дома отрешенным взглядом. Белая одежда превратилась в пропитанные кровью лохмотья, а душа истлела от горя. Он не испытывал сожаления, но чувствовал, как внутри догорают остатки ненависти, оставляя после себя пустоту. Пустоту, заменившую боль и породившую чудовище.
Над домами небольшого северного поселка плыли плотные облака. Они накрывали деревянные жилища ползущей по белой земле тенью и нехотя пропускали свет звезды Ак’Шири.
Когда лучам все же удавалось пробиться через завесу туч, снежные сугробы начинали искрить яркими переливами, и в такие моменты местные жители начинали щурить глаза, оберегая их от ослепительной белизны, или спускали на нос меховые шапки. Тяжелые головные уборы были вынужденной необходимостью и хорошо защищали от холодов, особенно вместе с тулупами и валенками.
Северный посёлок, как и весь этот мир, населяли льветы. По своему телосложению они имели большое сходство с людьми, если не считать длинного хвоста, короткой шерсти и вытянутого лица, присущего крупным представителям семейства кошачьих. Необычные существа, хотя для них, встреченные на просторах космоса земляне, тоже выглядели странно.
Место под строительство северного поселения льветы выбрали далеко не случайно, и здесь располагалась удобная бухта для пристани. Рядом с берегом проходило холодное течение, приносящее огромные косяки красной рыбы, а ее охотно покупали по всему миру и хорошо платили за деликатес.
Поэтому, почти все взрослое население посёлка было связано с рыболовством. Большинство из них постоянно ходили на промысел в море, а остальные работали на заводе по производству консервов. Выловленной добычи сполна хватало не только на обеспечение семьи едой, но и на отправку крупных партий нежного мяса в города на юге, что приносило неплохой доход. Его половину почти всегда пускали на расширение поселения или на ремонт обветшалых домов. Несмотря на суровый климат, местные очень ценили свою родину и надеялись, что их поселение когда-нибудь дорастет до статуса маленького города.
Хеалс Севен прибыл сюда уже пару дней назад и никак не мог привыкнуть к сильному морозу. Ему даже пришлось купить у местного лавочника серую меховую шапку. Она не сильно изменила общее состояние южанина но, по крайней мере, могла защитить торчащие на макушке уши от холода. Львет сожалел о вынужденной необходимости оставить привычный белый плащ, который сразу мог выдать в нем хранителя закона из-за его терморегуляции. Замечательная функция позволяла носителю не перегреваться в жару и спасаться от холода даже в сильный мороз. Нужно было лишь иногда подзаряжать ткань энергией и наслаждаться комфортом.
Но ради исполнения цели, Хеалс сам решил на время отказаться от ношения положенной по статусу рыцаря одежды. Он надеялся, что в Ордене не смогут прознать от этом поступке, иначе по возвращению с задания, львету могли запросто назначить серьёзное наказание и лишить месячного жалования.
Сейчас Хеалс одевался не броско, и в серой одежде походил на простого путешественника, притащившегося на север по никому не интересным делам. Он сидел в двухэтажной гостинице, единственной в поселке и старательно кутался в шерстяной плед. Рыцарь всматривался в покрытое изморозью окно, наблюдая за главной улицей и редкими прохожими. Утро еще только наступало, а уже все печные трубы выпускали в небо клубы плотного дыма. Хозяйки готовили стряпню возле огня, а запах свежего хлеба из местной пекарни плыл по улице и, проникая через щель в рассохшейся раме, попадал в комнату гостиницы, заставляя Хеалса давиться слюной.
